Эйб опустил глаза, потом улыбнулся и протянул руку:

– До скорой встречи, Джек.

Джек улыбнулся в ответ и пожал протянутую руку.

– Ну все, хватит, – сказал Джек, – садись в машину, а я пойду попрощаюсь с девушками.

Джек крепко обнял Вики, потом заключил в объятия Джию.

– Береги себя, Джек, – прошептала она ему на ухо. – И спасибо тебе.

– За что?

– За то, что уговорил нас покинуть город. Думаю, ты прав. Здесь становится все ужаснее. И смотри, будь осторожен.

Он улыбнулся:

– Я ужаснее самого ужасного города, какой только можно себе представить.

– Я не об этом – а о ней.

– А...

Накануне вечером он рассказал ей, что собирается разыскать Калабати и взять у нее ожерелья для Глэкена. Джия кое‑что знала о Калабати, но Джек ни разу не проговорился, что у них был короткий роман.

– Не акай, пожалуйста. Ты когда‑то путался с ней, и она чуть не погубила тебя.

– Я тогда сам сделал свой выбор.

– Да, и она бросила тебя умирать, Джек. Как бы на сей раз не довела дело до конца.

– Но сейчас все по‑другому. Я знаю, что она из себя представляет. И буду осторожен. У меня есть множество причин вернуться.

Она запечатлела на его губах прощальный долгий поцелуй и села на переднее сиденье фургона с уже заведенным мотором Джек поспешил к своему «корвейеру». Он проехал за фургоном Эйба до Вест‑Энда, потом в сторону Даунтауна.

Светофоры мешали им ехать вместе. То и дело Джек вырывался вперед, потому что Эйб каждый раз останавливался на красный свет. Причина Джеку была ясна. В его багажнике наверняка хватало оружия, чтобы устроить переворот в банановой республике. Поэтому он не хотел, чтобы его останавливали и обыскивали.

Это случилось в том районе Вест‑Энда, который называется Одиннадцатая авеню. Когда Эйб в очередной раз притормозил и на красный свет, из подъезда выскочили три парня и бросились к фургону. Двое побежали к водителю, а один запрыгнул наверх и потянулся к окну с другой стороны.

У одного парня в руке был огромный охотничий нож, у другого – обрезок свинцовой трубы. Как только Эйб тронулся с места, он начал колотить по стеклу. Джек уже разогнал машину, когда стекло раскололось и парень замахнулся трубой на Эйба.

Второй парень, с ножом, заметил приближение Джека и отскочил в сторону. Джек промчался почти вплотную к фургону, зацепив парня с трубой и с силой ударив его по ногам. Тот задергался между двумя автомобилями и грохнулся на мостовую, взвыв от боли. Тут Джек наехал на второго, ударив его спереди бампером. Но скорость автомобиля была недостаточной, чтобы отшвырнуть его в сторону. Парня подбросило вверх, после чего он перекатился по капоту и переднему стеклу приземлился на брезентовом верхе. Его наверняка поранило, но он еще был способен действовать, просунул нож в один из порезов в брезенте и, не глядя, хотел ткнуть им в Джека. Но Джек увернулся и схватил его за запястье. Вырвал нож, на секунду остановился, не зная, что делать дальше. И тут услышал, как вскрикнула Вики.

Джек вывернул парню руку и воткнул нож – заточенной стороной вниз – ему в ладонь, пропихнув между двумя косточками, так, что он вышел с другой стороны. Парень орал и дергался, стараясь высвободить руку, но мешал воткнутый в ладонь нож, который все глубже врезался в тело, и парень захлебнулся в крике.

Джек выпрыгнул из машины и увидел Эйба. Тот левой рукой держался за окровавленную голову, сжимая в правой автоматический пистолет 45‑го калибра и наклонившись к дверце со стороны пассажирского сиденья. Рядом с ним сидела Вики и плакала. А где же Джия? Дверца со стороны пассажирского сиденья была распахнута.

Джек огляделся и увидел другого парня с ножом, приставленным к горлу Джии.