|
В чем дело? И вдруг Глэкена осенило. Билл чувствовал себя потерянным, оторванным от корней, жителем той далекой страны, в которую скоро переселятся почти все. Бедняга. Его разыскивает нью‑йоркская полиция, как находящегося в бегах подозреваемого в убийстве. Он порвал с Церковью, все члены его семьи мертвы, а единственный уцелевший друг сидит здесь, то выходя из состояния ступора, то снова в него впадая. Что же касается Кэрол Трис, то к ней, подозревал Глэкен, Билл питает чувства куда более глубокие, чем готов признать.
Неудивительно, что ему сейчас море по колено.
Глэкен надеялся, что у Джека хватит здравого смысла не принимать это предложение.
– Мммм... Не имею ничего против вас, Билл, – замялся Джек, – но мне нужен кто‑нибудь, кто хоть немного знаком с приемами рукопашного боя.
– Будь я чуть помоложе... – сказал Глэкен не без зависти.
Он мог припомнить времена, когда проклинал годы, проведенные в телесной оболочке тридцатилетнего возраста. Теперь у Глэкена, сбросившего с себя бремя вечности, бывали моменты, когда он мечтал о крепких мускулах, подвижных суставах и гибкой спине.
– Да, – сказал Джек, улыбаясь, – мы составили бы неплохую пару, мне кажется. Но со вчерашнего дня я не перестаю думать об огромном вьетнамце. Подходит ли он для этого дела?
– Ба? Не знаю. Сомневаюсь, что он согласится оставить миссис Нэш без защиты, но попытка не пытка. Если хотите, позвоню ему.
– Пожалуй, лучше я сам с ним переговорю. Возможно, он не сможет устоять против моего неотразимого обаяния.
Билл громко рассмеялся. Джек искоса посмотрел на него:
– Что тут смешного, приятель?
Билл ухмыльнулся:
– Сначалая не мог разобраться, что ты за человек, но сейчас вижу – ты парень что надо.
– Кому какое дело до твоих личностных оценок? Ни одна из них не верна.
Глэкен дал Джеку координаты Тоад‑Холла и пообещал предупредить по телефону о его приходе.
После ухода Джека Глэкен потянулся к пульту телевизора, но не успел включить звук, как заговорил Ник своим обычным, невыразительным голосом:
– Их будет недостаточно.
Билл сел перед ним и заглянул ему в глаза:
– Что ты сказал, Ник? Чего будет недостаточно?
– Ожерелий. Они не исправят положения. Для этого вам понадобится что‑то еще. Кусочки чего‑то другого. Остальные кусочки.
– Что ты имеешь в виду, Ник? Какие кусочки?
Но Ник снова отключился.
– Вы догадались, о чем он говорит?
Глэкен застыл, почувствовав слабость и неотрывно глядя на Ника.
– Боюсь, что да.
* * *
Из передачи радио ФМ‑диапазона:
«Итак, новости поступают одна хуже другой. По сообщениям Мидвеста и равнинных штатов, прошлой ночью поголовью скота был причинен большой урон. Приняты меры для его защиты, но никто не может сказать, окажутся ли они эффективными. Мои вам совет: наслаждайтесь бигмаками сегодня, потом будет поздно. А сейчас продолжаем нашу воскресную передачу „Рок‑н‑ролл по заявкам“, послушайте Марвина Гая, который поет песню с очень злободневным названием».
(Звучит песня «Что происходит?».)
* * *
– Пойдем, Кэрол, – поторапливал Хэнк, – у нас времени в обрез.
– В нашем распоряжении целый день, – возразила Кэрол, с трудом скрывая свое раздражение.
– Но дни уже не те, что были раньше. Пойдем скорее!
Кэрол догнала его на лестничной площадке, когда он вызывал лифт.
– Куда мы сейчас отправимся? – спросила она, как только захлопнулись двери лифта.
– Ты не забыла взять список?
– Нет. |