Наташа осторожно отстранилась. Его лицо помрачнело.

— Все в порядке?

— Я… э-э… здесь немного жарковато, — пробормотала она первое, что пришло в голову.

— Да, вы разрумянились. У вас в Америке в моде центральное отопление, в этом все дело. Любая комната превращается в сауну. Но это легко исправить.

Старомодный паровой радиатор, установленный под окном, тихо шипел, но Марк не обратил на него внимания. Одним ловким движением он расстегнул разноцветную накидку — часть Наташиного костюма — и сбросил ее на ближайший стул.

Девушка удивленно вдохнула: вот уж в чем его точно не упрекнуть, так это в излишней скромности!

Теперь ее великолепные плечи вызывающе оголились — туника держалась только на тоненьких эластичных бретельках.

— Вот так. Без этого вам будет гораздо прохладнее. — Марк скользнул глазами по молочной белизне открывшейся взгляду кожи.

Наташа застыла, не в силах произнести ни слова в знак протеста. Честно говоря, накидка прикрывала не так уж много, но, снимая ее, Марк как бы символически лишал Наташу защитного покрова. Дыхание девушки участилось, а Марк улыбнулся ее реакции.

— Cherie Наташа, это всего лишь прелюдия к тому, что должно произойти. Не надо смущаться.

— Вы слишком много на себя берете! — воскликнула она, однако не так горячо, как хотелось бы.

— Неужели? Для чего же еще вы меня пригласили к себе, как не для того, чтобы заняться любовью?

— Может быть, поговорить? Узнать вас получше? Некоторые, знаете ли, иногда делают это еще до того, как прыгнуть вместе в постель.

Подумав несколько секунд, Марк кивнул, словно принимая к сведению ее заявление.

— Вы правы. Прошу прощения. Конечно, ваше спокойствие — в моих же интересах. Я определенно хотел бы, чтобы в нужный момент вы были раскованны и свободны.

Как же она может расслабиться, если он отказывается ее понять! Похоже, придется назвать вещи своими именами. Вот только никак не удается собраться с духом, чтобы объясниться.

— Э-э… хотите чего-нибудь выпить?

— С удовольствием.

— Присаживайтесь, я приготовлю. — Жестом пригласив Марка устраиваться на диване, Наташа отошла к буфету, в котором хранился ее скромный запас спиртного. — Что вам налить?

— В такую ледяную ночь, как эта, бренди пришлось бы очень кстати… если, конечно, у вас есть, — быстро добавил Марк.

У Наташи была небольшая бутылка «Гран Марнье», и она щедро плеснула его в две коньячные рюмки. Протягивая одну Марку, она не могла удержаться от улыбки: на ее диване он выглядел совсем как у себя дома! Сбросив сандалии, она устроилась на противоположном конце дивана, подобрав под себя ноги.

— Вы все время ставите меня в тупик, — задумчиво произнес Марк, слегка покачивая в ладони рюмку с коньяком. — Когда мы уезжали из клуба, у вас были глаза перепуганной девственницы, а сейчас вы улыбаетесь, как видавшая виды искусительница. Интересно, когда вы настоящая?

Она определенно не собирается раскрывать перед ним душу! Наташа решила проигнорировать вопрос.

— Что ж, значит, я непостоянна. Разве не это делает женщину интересной?

— Может быть. Но только в том случае, если в конце концов эта переменчивость уступит место чему-то более определенному.

— Например, беспрекословному подчинению? — улыбнулась Наташа. Она поднесла к губам рюмку и сделала небольшой глоток.

Марк сменил тактику.