— Я люблю тебя, Даниэла, — спокойно сказал он. — Самое заветное мое желание — состариться рядом с тобой. Хочу, чтобы ты знала это.

Стук двери, захлопнувшейся за ней, был единственным ответом.

Городская квартира была оформлена на имя Нэнси Соулт, но сама Нэнси не знала об этом.

Автор романов-бестселлеров, уроженка Канады, Нэнси жила в Ирландии, чтобы избежать ошеломляющих налогов, вызванных инфляцией. Она редко навещала родственников и друзей в Ванкувере и уже более двадцати лет не появлялась в Квебеке.

Как только официальная машина привезла Даниэлу в городскую квартиру и у ворот на посту появился полицейский, она начала ходить из комнаты в комнату, хлопая дверями, спустила воду в туалете, включила радио.

Утвердив свое присутствие, она прошла в кладовку, и, раздвинув одежду, оказалась перед дверью к редко используемой лестничной клетке, ведущей в соседнее здание.

Поспешила вниз по ступеням во внутренний гараж для одной машины, который выходил на задний проезд. Анри Вийон пунктуально ждал ее в своем «мерседесе». Он протянул руки и обнял ее, когда она наклонилась, чтобы сесть на переднее сиденье.

Даниэла расслабилась, чтобы автоматически ответить на поцелуй. Но проявление чувств было слишком мимолетным. Он отодвинулся от нее, принимая деловой вид.

— Думаю, что это важно, — сказал он. — Становится всё труднее оторваться.

— Это говорит человек, который так безответственно занимался со мной любовью в особняке премьер-министра?

— В то время я не готовился к выборам на пост президента Квебека.

Она отодвинулась на своем сиденье в машине и вздохнула. Даниэла почувствовала, что исчезало волнение, угасала страсть их тайных встреч. Иллюзия, которую можно было бы разрушить, отсутствовала. Она никогда не обманывала себя надеждой на то, что эти особые отношения могут продолжаться бесконечно. Сейчас оставалось лишь поглубже спрятать боль и остаться добрыми, если не близкими, друзьями.

— Пойдем куда-нибудь? — сказал он, нарушая ее задумчивость.

— Нет, просто покатаемся вокруг.

Он нажал на кнопку электрического замка двери гаража и задом выехал в проезд. Движение на дороге к реке не было оживленным. Он встал в небольшую очередь машин, ожидающих погрузки на борт парома, направляющегося на восточный берег.

Пока он въезжал на сходни и ставил автомобиль на носу парома, откуда можно любоваться огнями, отражающимися в реке, они не проронили ни слова.

— Приближается кризис, — наконец сказала она.

— Это касается тебя и меня или Квебека?

— Всех вместе.

— Ты рисуешь довольно мрачную картину.

— Это я и имела в виду, — сказала она и сделала паузу. — Шарль собирается уйти в отставку с поста премьер-министра Канады и баллотироваться на пост президента Квебека.

Он повернулся и пристально посмотрел на нее.

— Повтори это еще раз.

— Мой муж собирается выставить свою кандидатуру на пост президента Квебека.

От раздражения Вийон отрицательно покачал головой.

— Не могу поверить, что он пойдет на это. Это самая нелепейшая вещь из всех, о которых мне когда-либо приходилось слышать. Зачем? Нет никакой причины или повода для такого глупейшего решения.

— Полагаю, что это вызвано злостью.

— Он ненавидит меня до такой степени?

Она опустила глаза.

— Думаю, что он подозревает о нашей связи. Возможно, даже знает. Наверно, хочет отомстить.

— Шарль? Вряд ли. Он не подвержен детским реакциям.

— Я всегда была так осторожна.