Тощий паренек, чьи руки и ноги торчали из поношенной одежды, копна темных волос свешивалась на брови, наполовину закрывая самые жесткие и сердитые глаза, которые Ланс когда-либо видел. Для Ланса, его брата и сестер это был первый взгляд на одного из тех ужасных людей, о которых они слышали так много мрачных слухов.

— Мортмейн! — Ланс вспомнил зловещий шепот, которым они обменивались, пока не были утихомирены мягкими замечаниями матери.

— Дети, — Мэделин Сент-Леджер сказала с решительной, но теплой улыбкой. — Это Рейф — друг, который останется с нами на некоторое время, и я надеюсь, что вы поможете ему почувствовать себя как дома.

Друг? Ланс вспоминал, что тогда он в первый раз за восемь лет его жизни усомнился в мудрости матери. Паренек испуганно маячил на пороге, его тонкие черты источали вызов. И все же в поведении Рейфа было достоинство, которое даже тогда восхитило Ланса, а под защитной броней полудиких манер, в глазах Рейфа, он обнаружил что-то еще: неуверенность, голод жадного зверя, пытающегося найти в себе достаточно веры в людей, чтобы подойти ближе к манящему костру.

Этот угрюмый мальчишка давным-давно исчез, превратившись в невозмутимого собранного мужчину, которого Ланс видел перед собой, но на какой-то миг былая неуверенность сверкнула в глазах Рейфа.

Его рот изогнулся в приветственной улыбке, Ланс вышел вперед и похлопал своего друга по плечу.

— Черт, Рейф, но как же я рад видеть тебя здесь. Это приятный сюрприз.

— Сюрприз, конечно, но что касается приятного… — взгляд Рейфа переместился на Вэла.

Ланс с разочарованием заметил, что брат насторожился с приходом Мортмейна. Руки Вэла крепко вцепились в рукоять трости. Вэл знал Рейфа так же долго, как и Ланс, но старший Сент-Леджер почувствовал, что вынужден каким-то образом представить мужчин друг другу.

— Рейф, ты помнишь моего брата?

— Благородный Валентин, — промурлыкал Рейф. Он протянул руку, и в течение одного ужасного мгновения Ланс думал, что Вэл намеревается отказаться принять ее.

Но его брат двинулся вперед.

— Капитан Мортмейн, — мрачно сказал он, и мужчины пожали друг другу руки едва касаясь ладоней друг друга в жесте, который напомнил Лансу о первоначальном смысле рукопожатия между мужчинами — удостовериться, что враг пришел с миром и не принес оружия.

В этом случае, ни Вэл, ни Рейф не выглядели полностью удовлетворенными. Воздух в комнате, казалось, сгустился от напряжения и недоверия.

Повисла тяжелая пауза, и Ланс попытался положить ей конец. Самым сердечным тоном он обратился к Рейфу, предлагая тому присесть и отдохнуть, но Рейф отказался.

— Я не хочу сильно злоупотреблять вашим гостеприимством, — сказал Мортмейн. — Я пришел лишь для того, чтобы осведомиться о леди Карлион. Она пришла в себя после нападения?

Ланс услышал, как Вэл со свистом втянул воздух.

— Как ты узнал об этом? — спросил Вэл.

— Новости распространились по всей деревне. Как еще я должен был узнать? — Рей изогнул бровь с выражением, которое было частично насмешливым, частично вызывающим.

— В самом деле, как еще, — согласился Ланс и предупредительно нахмурился в сторону брата. — Розалин поправляется на удивление хорошо и вскоре должна полностью восстановиться.

— И не благодаря тому дьяволу, который выстрелил в нее, — Вэл пронзил Рейфа жестким взглядом.

Но тот или не услышал это замечание, или решил проигнорировать его.

— Я рад, что леди не причинили большого вреда. Она была очень неосмотрительна, отправляясь гулять по деревне в одиночестве, — Рейф потрогал кончик усов, прежде чем задал вопрос.