— Разумеется, я не желаю. Хотя, боюсь, я уже выдал себя еще одному человеку, маленькой девушке, которая наткнулась на эту комнату некоторое время назад.

— Дженни. Вы сильно ее испугали, — Розалин уныло усмехнулась. — Но она не очень хорошо вас разглядела. Я пришла сюда, чтобы убедиться, что здесь никого нет, что я и собираюсь ей сказать. Но вы должны пообещать не пугать ее снова.

— Охотно. Я сожалею о свой неосторожности. Она в порядке?

— О, совершенно. Я оставила ее завернутой в мою шаль и блаженно поедающей конфеты. Я обнаружила, что шоколад — прекрасный восстановитель нервов.

Розалин показалось, что Ланселот слегка улыбнулся в ответ на это. Она была довольна, когда он доверился ей достаточно, чтобы вернуться в круг света. Зная, каким смелым воином он когда-то был, девушка была сильно потрясена его неуверенностью, его аурой уязвимости.

Она нашла его застенчивость довольно милой. Розалин сама всегда была немного робкой, особенно рядом с молодыми мужчинами, которые производили на нее впечатление. Вот почему ей было так удобно выйти замуж за Артура, которого она знала с младенчества.

Если бы сэр Ланселот был из плоти и крови, Розалин была бы подавлена и оказалась бы не в состоянии сказать ему и двух слов. Такой потрясающе красивый, такой мощный представитель мужского пола. Хотя и не слишком высокий. Она бы достала макушкой как раз до его подбородка. Если бы он все еще был жив.

Но то, что он был призраком, позволило девушке остаться странно спокойной в его присутствии. Она переступила с ноги на ногу, обнаружив, что они больше не дрожат, даже когда Ланселот тщательно оглядел ее своими превосходными темными глазами.

— Вы ангел-хранитель Дженни? — спросил он.

— Едва ли. Она моя горничная. — Розалин засмеялась, затем осознала, что забыла представиться. Что он должен был о ней подумать?

— У меня ужасные манеры, — посетовала она. — Я не назвала себя.

— Я уже знаю, кем вы должны быть.

— В самом деле?

— Воистину вы Владычица Озера, девушка-фея, которая пришла из замка под мерцающими водами озера Мэйден, чтобы даровать моему господину Артуру чудесный меч Экскалибур.

— О, н-нет, — воскликнула Розалин, испугавшись его ошибки.

— Но у вас глаза той волшебницы, блестящие, как драгоценные камни, и вы одеты в белую парчу.

Белую парчу? О чем он говорит? Розалин оглядела себя и с ужасом поняла, что стоит перед ним в одной ночной сорочке. Как обычно, поддавшись эмоциям, она выбежала из комнаты, даже не вспомнив о халате или шали.

Покраснев, девушка скрестила руки на груди в защитном жесте. Должно быть, сэр Ланселот почувствовал ее замешательство, потому что отвел взгляд. Живой или мертвый, этот мужчина обладал благородной душой.

Розалин медленно отошла назад, чтобы лунный свет не так хорошо освещал ее.

— Это не парча, а всего лишь моя льняная ночная рубашка, — объяснила она, сильно покраснев.

— Значит, вы не моя Владычица Озера?

— Н-нет, простите.

— И у вас нет магического меча для меня?

— Боюсь, что нет, — подтвердила она с сожалением. — Вам он нужен?

— Вы даже представить себе не можете, как сильно.

На секунду это противоречивое замечание вызвало у Розалин недоумение. Она удивилась, зачем призраку, даже если это был сэр Ланселот, мог понадобиться меч.

Когда девушка отважилась взглянуть на него снова, то обнаружила, что глаза рыцаря сверкают, а губы изогнулись в улыбке.