Она внимательно огляделась по сторонам, буквально сканируя окрестности. Каток построили в конце улицы, подальше от жилых домов. Расположенный на юго-восточной окраине Оленьего Озера, он находился в километре от автомагистрали, соединяющей столицы штатов. Кроме островка искусственного света на парковочной площадке, везде темно. Ночь беззвездная, смутно тревожащая, определенно недружелюбная. С другой стороны — стена разросшегося оголенного кустарника, выставочный комплекс в парке со множеством старых пустующих зданий и неясно вырисовывающиеся трибуны. Все выглядело заброшенным и каким-то зловещим, как будто было заселено неясными тенями темных духов, которых могли бы прогнать только огни карнавала и толпы людей. Даже глядя в другом направлении в сторону города, Меган испытала чувство изоляции.

— Мы здесь из-за пропавшего ребенка? — спросил Нога.

Митч кивнул.

— Мальчик Ханны Гаррисон. Джош. Она должна была забрать его отсюда. Я думал осмотреть все вокруг, поговорить с Оли.

— Нам следует опросить жителей района, — прервала его Меган, отводя прищуренный взгляд от Митча и совиных глаз Нога. — Узнать, не могли ли соседи видеть мальчика или что-либо необычное. Хорошо бы начать с территории выставки, раз уж мы здесь.

Митч попытался сдержать ее пыл, предложив ей, как приходящей няне, остаться с Ханной и оказать ей моральную поддержку, пока они будут ждать известий о Джоше. Она сообщила ему, что моральная поддержка не входит в ее должностную инструкцию, а затем предложила позвонить какой-нибудь подруге Ханны, попросить ее остаться с ней и помочь в его поисках, еще раз обзвонив всех друзей Джоша. В конце концов Митч позвонил Натали, которая жила по соседству с Ханной.

Он задержал свой тяжелый неподвижный взгляд на Меган, глубоко вздохнул и тоном, слишком ровным, в который даже не верилось, сказал офицеру:

— Идите на арену и найдите Оли. Я буду через минуту.

— Слушаюсь! — Нога поспешил прочь, ясно осознавая, что вырвался с линии огня.

Меган приготовилась к перестрелке. Митч сверлил ее взглядом, крепко сжав зубы. Его глаза потемнели и, казалось, еще глубже утонули под бровями. Она чувствовала волны напряжения, идущего от него.

— Агент О’Мэлли, — сказал он. Его голос был такой же холодный, как воздух, и обманчиво, опасно мягкий. — Чье это расследование?

— Ваше, — она ответила без колебания. — А вы затягиваете его.

— Как дипломатично подано.

— Мне не платят за дипломатию, — сказала она. Черт возьми! Она хорошо понимала, что делает. — Мне платят, чтобы я консультировала, исследовала и советовала. И я советую вам заняться, наконец, делом, Шеф, а не мять задницу и притворяться, что ничего не произошло.

— Я не просил ни вашей консультации, ни ваших советов, госпожа О’Мэлли. — Митчу не нравилась эта ситуация. Ему не нравились перспективы расследования и то, как их примут в Оленьем Озере. А сейчас в нем нарастала сильная неприязнь к Меган О’Мэлли просто потому, что она присутствовала здесь, наблюдала за всем и унижала его авторитет и его эго. — Вы знаете, у старины Лео было мало достоинств, но он знал свое место. Он не сунул бы нос в это дело, пока я не попросил бы его об этом.

— Тогда он был такой же задницей, — буркнула Меган, отказываясь сдаваться. Если бы она отступила теперь, бог знает чем это могло бы закончиться! Скорее всего, она сидела бы без дела в комнате дежурной команды и следила бы за… кофеваркой. — Если вы сейчас же не отдадите приказ опросить соседей, я сделаю это сама, как только осмотрюсь здесь.

Мышцы его лица напряглись. Его ноздри раздувались, и две струйки пара, как след от реактивного самолета, вырывались из них.