— Теоне? — звал он на бегу, отчаянно желая увидеть ее.

Дверь в конце коридора отворилась. Потрясающе красивая и изящная светловолосая женщина вышла из нее. Она закрыла за собой дверь и бросила ворчливый взгляд на его неприглядный вид.

Теоне была жива и невредима. И она представляла собой самое прекрасное зрелище, которое его обожающие глаза когда-либо видели.

Ее длинные, золотистые волосы растрепались, а щеки раскраснелись. Она сжимала в руках очень тонкую белую простыню, скрывающую обнаженное тело.

— Кириан? — резко спросила Теоне.

Чувство облегчения нахлынуло на него и глаза наполнились слезами. Она была жива! Слава богам! Сморгнув слезы, Кириан стиснул жену в объятиях и притянул к себе. Никогда еще он не был так благодарен мойрам за их благосклонность.

— Кириан, — огрызнулась она, вырываясь из его рук. — Поставь меня. Ты так воняешь, что я едва могу дышать. Ты хоть представляешь, сколько сейчас времени.

— Aye, — ответил Кириан, преодолевая тугой комок в горле, когда радость заполнила его душу. Он опустил Теоне на землю и обхватил ее лицо ладонями. Он так устал, что едва мог стоять или думать, но не хотел спать. Только после того, как она будет в безопасности. — И я должен забрать тебя отсюда. Собирайся.

Теоне нахмурилась.

— Куда забрать?

— Во Фракию.

— Фракия? — недоверчиво переспросила Теоне. — Ты спятил?

— Нет, я получил известие, что римляне направляются сюда. Я отвезу тебя к отцу, чтобы защитить. Теперь поторопись!

Она не двинулась. Вместо этого ее лицо опасно потемнело, когда ярость зажглась в серых глазах.

— К твоему отцу? Ты не говорил с ним семь лет. С чего ты взял, что он укроет меня?

— Отец простит меня, если я об этом попрошу.

— Твой отец вышвырнет нас обоих вон. Он публично заявил об этом. Меня достаточно унижали в моей жизни, и мне совсем не нужно, чтобы он назвал меня шлюхой в лицо. Кроме того, я не хочу покидать виллу. Мне здесь нравится.

Кириан пропустил ее слова мимо ушей.

— Мой отец любит меня и сделает, как я попрошу. Вот увидишь. Одевайся.

Теоне бросила взгляд через его плечо.

— Полудус? — позвала она старого слугу, все это время ожидающего за спиной Кириана. — Приготовь ванну для своего хозяина и принеси ему еды и вина.

— Теоне…

Она остановила поток его слов, приложив руку к его губам.

— Тише, мой господин. Сейчас середина ночи. Ты выглядишь ужасно, а пахнешь и того хуже. Позволь нам вымыть тебя, накормить и уложить спать, а утром мы обсудим, что нужно сделать, чтобы я была в безопасности.

— Но римляне…

— Ты видел хоть одного по пути сюда?

— Ну…нет.

— Тогда в настоящий момент никакой опасности нет, ведь так?

Слишком устав, чтобы спорить, Кириан согласился.

— Думаю, что нет.

— Тогда пойдем.

Теоне взяла его за руку и повела в маленькую комнату, в конце основного коридора.

Следующее, что увидела Аманда — это комнату, освещенную небольшим камином и свечами. Кириан откинулся в позолоченной ванне, пока Теоне мыла его.

Он взял ее руку и прижал к своей щеке, покрытой щетиной.

— Ты даже не можешь представить, как я скучал по тебе. Ничто не успокаивает меня так, как твое прикосновение.

Теоне ответила улыбкой, не затронувшей глаза и протянула ему бокал с вином.

— Я слышала, ты отбил Фессалию у римлян.

— Да, Валериус был в ярости. Не могу дождаться, когда пойду на Рим. Попомни мои слова, я завоюю его.

Кириан осушил бокал и отставил его. Сгорая от желания, он потянулся к жене и затащил ее к себе в ванну.

— Кириан! — выдохнула она.