Сквозь сканер пятна, покрывавшие пол и стены, казались синими. Светлые, мерцающие даже, такие безобидные… Кто-то другой не понял бы, что это, но врач знал наверняка.

Такой след оставляет кровь. Невооруженным глазом ее не увидишь, а вот сканер дает тот же эффект, что и ультрафиолет, он так настроен — помогает находить раны на теле солдат, потерявших сознание. Человеческую кровь ведь очень тяжело вывести…

Похоже, тут все было залито ею, сканер четко выделял крупные пятна и брызги, разлетавшиеся во все стороны. Потом кровь замыли, и визуально все стало чисто… а след остался.

И произошло это совсем недавно, уже после реконструкции корабля, ведь тут все покрыли свежей краской, оборудование и вовсе поменяли. Похоже, кто-то получил очень серьезное ранение… Кровь в буквальном смысле била ключом! Может, поэтому и отсутствует бортовой врач? Потому что отправился в клинику вместе с пациентом?

Хотя это очень странно. Работая в таком месте, он ни при каких обстоятельствах не должен покидать корабль! Возможно, здесь произошла внештатная ситуация, и теперь капитан Бейзель хочет выслужиться, чтобы загладить вину. В любом случае, это не их проблема.

Убрав протезы на место, Самир направился к капитанскому мостику. На душе было по-прежнему неспокойно из-за Вита, и он надеялся, что ситуация уже благополучно разрешилась.

Но нет, возле пульта управления собрался только персонал космической тюрьмы, никого из конвоя здесь не было.

— Скажите мне, что мои уже на нашем корабле, — улыбнулся Самир.

— К сожалению, пока нет, но ничего плохого не произошло, — заверил его капитан. — Мы любезно побеседовали с господином дипломатом, я послал его показания на проверку, и, надеюсь, скоро мы распрощаемся друзьями.

— Да, так и будет, я уверен! Скажите, а давно отсутствует ваш врач?

— Зачем вам понадобился врач? — удивился Бейзель. — Разве это не ваша профессия?

— Я просто хотел, чтобы кто-то другой осмотрел соединение протеза и руки, самому мне не очень удобно. Я не увидел среди тех, кто нас встречал, врача, и подумал, что он отсутствует.

— Так и есть. Но он никуда не отлучался, врача нам просто не назначили. Как видите, тюрьма только приступила к работе после реконструкции, штат еще не полностью укомплектован. Нам обещали направить медика через десять дней.

Такого просто не могло быть, только не в тюрьме, где заключенные постоянно подключены к аппаратуре. Да на любом корабле есть врач! Однако Бейзель произнес все так уверенно, что Самир невольно засомневался: может, правила уже сменились, а он не в курсе?

— К счастью, врач нам особо не нужен, — продолжил капитан. — Наши пациенты буйным нравом не отличаются, а ранений со времен возобновления работы тюрьмы никто не получал.

А вот это уже было ложью. Такой же уверенной, как и предыдущие слова — а значит, и они могли не соответствовать истине!

— Вам очень повезло! — восхитился Самир, надеясь, что ему удается врать хотя бы наполовину так же натурально. — Что, и среди заключенных ранений не было? Все мирные прибывают?

Он надеялся, что крови в лазарете найдется разумное объяснение, и скоро они все вместе посмеются над возникшим недоразумением. Однако капитан словно нарочно отказывался давать ему такие пути к отступлению:

— Нет, не при мне. Заключенных погружают в сон уже в зале суда и привозят сюда в таком состоянии.

— И вы перемещаете их без медика?

— Всего лишь дело практики, уверяю вас.

Сейчас все было так мирно, дружески… Хотелось держаться за это, обманываться и дальше, но Самир просто не мог позволить такого. Он не один здесь, с ним команда, а его руководителя вообще увели неизвестно куда!

Подчиняясь первому пришедшему на ум решению, он включил сканер — и увидел то, что увидеть не мог.