|
Никто не смотрел на экран. А там шла по саду принцесса и любовалась на себя в зеркало. Из кустов вывалился растрёпанный принц. В голове его бродила перхоть. Безмолвными губами он сделал принцессе предложение. Она подарила ему шампунь от себореи. Конец рекламы.
— Предки, чего ругаетесь? — спросил Лёнька, шагая мимо на кухню. Там по случаю праздника сидел в холодильнике большой торт. — Да тут показывают «Семьдесят два метра» — сообщил Семёнов. — А… Больше ничего говорить не требовалось. — Дядя Саня! — возмутился Лёнька. — Что же не позвал?!! — Да я не знал… Зоя поджала губы и удалилась на кухню, где тоже был телевизор — семёновский «LJ». Только СТС он плохо брал. Рябило всё.
— Я тоже служил в североморском флоте. — проговорил Семёнов, не отрываясь от экрана. — Мы были на Гремихе. Такие вот дела… А ты говоришь, кино хорошее у нас снимать не умеют. — Это не я говорил. Это говорил Кондаков. И больше они не проронили ни слова, утонув не только глазами, но и душами в необыкновенной драме человеческих судеб, в глубинах сердечных, в верности, любви и долге.
Конец третьей книги |
