|
Был погром и захват трех-четырех брошенных селений и городищ. Потом явка к могучим соседям-русам с повинной и большими подарками («мирный договор»), клятвы в любви, верности и «вечном мире»… Все это было мелким эпизодом для окрестных русов. Но сочинителями «еврейской истории» было преподнесено чуть ли не как триумфально-победоносное шествие «избранных» по Ханаану — чисто литературно-эпический прием (и прочим народам было свойственно героизировать свое прошлое… но, разумеется, не до такой глобальной степени; надо отдать должное, библейские евреи были во всем изрядными максималистами, так их запрограммировали…)
Из рейда по брошенным тылам была «сделана» блистательная победа в «обетованной земле».
При этом сам Иисус Навин (судя по его деяниям) понимал, что такой легкой добычи больше почти не будет. Большинство городов и даже селений индоевропейцев были абсолютно неприступны для евреев. Но он знал, что цивилизация Ханаана есть открытая цивилизация, что возмездия не ожидается, что русы всепрощающи и многотерпеливы, что нужна «гибкая политика», «мирное сосуществование», а силу следует применять только против ослабевшего противника, наверняка. При этом произошло причудливое смешение заповедей и «политического завещания» Моисея с тактикой и стратегией «людей смерти», кочевых протосемитов, оседавших под городами индоевропейцев.
Евреи стали перекрывать дороги между городами-княжествами. Это было прибыльным делом.
Здесь уместно добавить, что, на взгляд автора, в этнониме «хабиру-хапиру» явственно просматривается индоевропейский корень-основа «хаб-, хап-» со значением «брать, забирать, хапать». Вторая составляющая «-ир, -ер, -ар, -арь, -ярь» есть основа, указывающая того, кто осуществляет действие (берет, хапает) — в данном случае «мужское начало» (токарь, глав-арь). В переводе с индоевропейского языка русов на русский «хапир» есть не что иное, как «хапарь», то есть «хапающий, забирающий», а «хапиру» — «хапари». И это более точный перевод, чем принятое «разбойник, грабитель», ибо передает не только смысл слова, но всю его лингвосмысловую основу.
Русы Ближнего Востока так и воспринимали кочевников-семитов и кочевых русоевреев — «хапарями», присваивающими их имущество, грабителями и разбойниками (точно также русские X–XV веков воспринимали всевозможных кочевых печенегов-половцев, постоянно грабящих их города и села, угоняющих скот, умыкающих людей). Кстати, на воровском жаргоне слово «хабара, хабар» до сих пор означает «долю, часть воровской добычи». Но, повторяем, этноним «евреи» значительно шире и глубже, и он вмещает в себя еще множество смысловых понятий и тонкостей. А если быть абсолютно точным, то «евреи» это даже не этноним-существительное, а лишь эпитет-прилагательное, отвечающее на вопрос «какие?», а не «кто?». О чем это говорит нам? О том, что евреи не есть этнос. Каждый этнос определяется существительным: татары, англы, французы, китайцы, зулусы, поляки… Кроме «евреев-хапиру» и… «русских» (в самом широком смысле «русские» есть группа сыновних славянских и угро-финских народностей, объединенных вокруг отцовского этноса русов и принявших язык русов, именно и только поэтому они обозначаются эпитетом-прилагательным «русские»). Русские значительно шире понятия этнос, нация. Евреи просто находятся за рамками понятий об этносе, так как в большей мере это общность, объединенная целью и «заветом», то есть искусственная общность или, еще точнее, искусственно созданная общность.
Мы не будем в данной работе подробно останавливаться на вехах «истории евреев» от Ешуа бен-Нуна (Исы Нуновича) до «первосвященников», инициировавших казнь Христа, и дальнейшего «рассеяния» евреев — то есть инфильтрации их в Европу и частично в Азию (эта инфильтрация осуществлялась по проторенным русами-индоевропейцами тропам). |