Концентратор сухо щёлкнул, и абсолютно чёрный, едва ли напоминающий человека силуэт разлетелся на части, а вместе с тем пропал и меч. В следующее же мгновение во все стороны от Аура разошлась волна маны, разогнавшая имевшую магическую природу тьму, а только среагировавшая на опасность банши взмыла к потолку и набросилась на решившую там показаться тень. Мощные инстинкты высшей нежити позволили ей избежать пары брошенных в её сторону заклинаний, а накопленной магической силы хватило, чтобы обратить врага в ничто вместе с частью потолка. Вот только тени, казалось, на это было плевать, так как она начала расползаться вновь, но на этот раз — из образованной ударом Каролины воронки. Банши, оценив ситуацию в меру своих сил, решила отступить, и это решение спасло ей жизнь.

Изгнанные Ауром с пола и стен, тени переместились на потолок, где сгруппировались и вместе встретили мощное заклинание тёмного мага.

— Тоннель! На поверхность! — Скомандовал Аур, сосредоточенно ищущий у теней уязвимые места. С подобными тварями ему сталкиваться никогда не доводилось, но это не значит, что он ничего о них не знал. Ведь над их созданием работал не кто-то там, а Зерхан, тогда ещё бывший глубоко уважаемым наставником Аура. Практически — вторым отцом, но он практически никогда ничего не рассказывал об этой «слишком опасной и нестабильной» разработке. Быть может, тогда оно так и было, но почему-то Ауру подумалось, что Зерхан полностью ему не доверял. — Сейчас же!

Тени. Не тьма, не сконцентрированная мана — а тени. В магическом искусстве их всегда делили на три ранга, и самые слабые заклинания этого направления становились бесполезны при наличии у цели источника света — свечи или факела, например. На ступени выше стояли полноценные заклинания, не только более устойчивые, но и позволяющие очень тонко манипулировать тенями: например, ударами тени о тень наносить раны настоящему человеку, лишать его подвижности или шпионить. Но опытному и сильному магу, понимающему, с чем он имеет дело, защититься от такой магии было довольно просто. К самым сильным же относили, в основном, те тени, которыми управляли последователи соответствующих богов, не самых известных, но относительно многочисленных и могущественных. В руках таких жрецов тень становилась страшным оружием, и Зерхан долгое время безуспешно пытался, — так тогда считал Аур, — разработать аналог этой силе, ведь маги доподлинно знали, что любой магический эффект можно воспроизвести, было бы время и силы.

Прокрутив в голове все известные ему факты, чернокнижник понял, что единственным вариантом сейчас было отступление. Едва ли маг такой силы стал бы нападать без предварительной подготовки, а играть на чужом поле с изрядно просевшим резервом и в условиях ограниченного времени, — а его план таких задержек не предусматривал, — Аур желанием не горел.

В какой-то момент активность теней возросла, и сдерживающее их заклинание даже с частичным, — а заранее записать в устройство это заклинание Аур просто не мог, так как не ожидал встретить такого врага, — использованием концентратора начало пожирать ману в объемах столь огромных, что чернокнижник ощутил страх. Вязкий и липкий, он накинулся на страстно желающего жить мага… и бессильно разбился о тут же воздвигнутую стену леденящей душу решимости. Аур по-настоящему боялся умереть сейчас, после того, как ему удалось выбить у вселенной тот самый шанс. Но этот страх не был неожиданным — его предвестниками стали множественные опасения, давно уже глодавшие душу чернокнижника и не позволявшие ему спокойно спать. Неудачи и враги, всюду мерещившиеся Ауру, затейливо перемежались с призрачными видениями прошлого, и все они спрашивали — Зачем? Успеха можно и не увидеть, так чего ради прикладывать такие усилия? Бороться с собой, со своей природой в погоне за неосязаемым фантомом…?

Только у героев из сказок всё раз за разом складывается хорошо, и единственная цена, которую с них требует судьба — это их собственная боль, их усилия и их кровь.