— Кто этот дядя? — спросил Максик, закусив губу.

— Откуда он тебя знает, мам? — спросила Вита.

— Скорее бежим отсюда, — сказала я, но было уже поздно.

Он подошел так близко, что мы все почувствовали его запах. Он ухмылялся, уперев руки в бока, и качал головой, так что волосы задевали его по плечам.

— Глазам не верю! Ну что, Джули, сколько лет, сколько зим!

Но смотрел он не на нее, он смотрел на Виту с нарисованными цветочками на щеках, с пушистыми волосиками и в розовом с сиреневым наряде маленькой девочки.

— Эта маленькая фея — моя Эмили? — спросил он.

— Я не Эм! — возмутилась Вита. — Вот Эм! Она ткнула в меня пальцем.

Мой папа внимательно посмотрел на меня и громко заржал:

— Ну конечно, ты и есть Эмили! Как это я ошибся? Не зря говорят: яблочко от яблоньки…

Я пришла в ужас. Я ведь на самом деле не похожа на этого громадного, жирного урода? О господи, похожа, похожа, похожа! Я вся сжалась, когда его жирная отечная рука протянулась и взяла меня за плечо.

— Ну и выросла же ты, детка. Прямо не верится! Кто ж такие вот эти — фея с гномиком, а, Джули?

— Мои дети, Барри, — ответила мама дрожащим голосом.

— Я не гномик! Я тигр! Берегись, а то укушу! — пригрозил Максик.

Я схватилась за него, но толстяк только засмеялся.

— Помогите! Караул! Не ешь меня, страшный тигр! — пропищал он дурашливым голосом. Потом посмотрел на Виту. — А ты что со мной сделаешь, фея? Махнешь волшебной палочкой и исполнишь заветное желание?

— Вот еще! — Вита скрестила руки на груди. — Все заветные желания я приберегаю для себя.

Мой папа снова засмеялся и посмотрел на маму.

— Хорошие детки у тебя, Джули, все трое. Есть чем гордиться.

Он стал глупо шутить с Витой и Максиком, делал вид, что откручивает им носы, а потом выставлял из-за ладони большой палец, будто это и есть нос. Они посмеивались над ним свысока и ничуточки не боялись. Он попробовал пошутить так и со мной, но я увернулась.

— Извини, извини! — Он поднял руки. — Все понял, ты уже большая для таких шуточек. Когда это ты успела вырасти, Эмили? Боже ты мой, сколько времени мы с тобой упустили! Надо бы нам почаще встречаться, хоть познакомишься поближе со старым папочкой.

Я сказала:

— У меня уже есть папа.

Мама напряглась.

— А, ну я рад это слышать. — Папа говорил вполне дружелюбно. — Стало быть, у тебя все хорошо, Джули?

Мама кивнула, не выпуская мою руку.

— Вот и славно. У нас-то с тобой… не сложилось тогда, верно? Я тебе, может быть, попортил кровушки…

— Может быть, — сказала мама.

— Ну, теперь я в завязке. Настоящим семьянином заделался. Вон там моя новая хозяюшка и мальчишки наши, сохрани их Господь, безобразников. Подойдешь, познакомишься?

— Лучше не стоит, — сказала мама.

— Да-а, неловко как-то. Ну ладно. Приятно было повидаться. Я к тебе еще как-нибудь загляну, расскажешь про мою Эмили. Ты где живешь-то?

Мама замялась.

— У бабушки, — ляпнул Максик.

Мой папа скорчил дурацкую гримасу:

— Ой-ой! Лучше мне туда не соваться! Мы с ней никогда особо не ладили.

Он помахал нам жирными пальцами и вперевалочку направился к своей новой семье.

— Слава богу, ушел! — прошептала мама.

— Этот дядька правда папа Эм? — спросила Вита.