— Прекрасно выглядите, но не загорели!

— Спасибо, я несколько дней провел в монастыре, где молился за моих товарищей, убиенных в прошлом месяце на Кавказе.

— Замечательно и богоугодно, рад за вас. Уверен, души наших коллег уже в раю. Они погибли за правое дело в борьбе с мерзкими Гибридами.

Данилин сделал минутную паузу и затем решительно перешел к делу:

— Вам, Алексий Михайлович, решено доверить благородную миссию во имя спасения и процветания нашего великого народа — обнаружить и расшифровать формулы недавно созданного революционного продукта — искусственной нефти. Посмотрите на настенный экран.

Данилин спроецировал на черную, матовую поверхность объемную картинку.

— Мы в красной точке, — он показал световой указкой на Москву. — Наши надежды и цель вашей миссии здесь, — Данилин переместил луч вниз, — в Кейптауне, столице Южной Африки. Есть несколько способов добраться туда — по земле, по воде или по воздуху, и лучшие «мозги» пытались разработать для вас безопасный маршрут, — Данилин провел светящуюся дугу из Европы до южного края африканского материка, и она как будто застыла в воздухе.

— Есть ли другие участники миссии?

— Пока, об этом не могу вам сказать! — Хозяин кабинета оторвал взгляд от карты и внимательно посмотрел на Дронова, и тот сразу уловил оттенок недоверия.

Реакция Алексия, в другом случае короткая и решительная, сейчас не годилась. Дронов сдержал обиду и решил только кивнуть, но вежливую улыбку выдерживать было трудно — с недавнего времени на лице проявлялся тик, который он тщательно скрывал.

Господин Вольный, его непосредственный начальник, предупреждал накануне о возможных провокациях коллеги. Тот хотел поставить на задание своего кандидата и, возможно, только и ждет срыва, чтобы заменить Дронова.

После мучительной встречи с Полиной Алексий провел несколько дней в неустанных молитвах и постах в новопостроенном Высоком монастыре. Именно там, в обители, он и узнал, о грядущей миссии от, специально приехавшего к своему сотруднику Вольного.

— Вашу подготовку проведем по обычной, но ускоренной программе, — продолжил Данилин. — Маршрут непростой, — он опять обратился к карте, — из Москвы отправляетесь на машине один. В районе Торгова остановитесь, сами найдете где, и ждете разрешения двигаться на границу. Пересекаете ее в закрытом кузове автоматического грузовика и попадаете в Балтию. Следующие указания получите от персонального самолета — разведчика. Про операцию знают американцы, к сожалению, — Данилин пожал плечами, подчеркивая сказанное, — и у вас большая вероятность встречи с ними. — Он выразительно провел ребром ладони себе по шее.

— Почему я должен их опасаться? — Дронов не привык публично выражать озабоченность, а тем более, тревогу за свою жизнь и спокойно смотрел на слишком уверенного Данилина. — Они что — то знают?

— Только то, что на юг Африки прибудет группа для выполнения некоей задачи. Теперь перехожу к главному, и вы все поймете, но вначале, коснусь истории.

Пока Алексий не понимал, почему такой высокий чин сам с ним возится? Вольный тоже озадачился, узнав, что вводить исполнителя в курс дела взялся лично Данилин. Объяснение напрашивалось одно — не доверяет своим.

«Интересно, какого уровня человек для него равный? Я, конечно, не в счет», — подумал Дронов почти без обиды.

— Начну издалека. Попытки изобретения искусственной нефти начались в Южной Африке еще в прошлом веке при апартеиде, когда белые имели все права, а местные черные — никаких. Сейчас белые и черные живут отдельно, благодаря Великому Разделению, слава Богу, — Данилин перекрестился на иконы, — а в те годы либералы пытались заставить белых отказаться от апартеида, но безрезультатно, и ООН ввела болезненное эмбарго — полный запрет на ввоз товаров и нефти.