Я смеюсь.

— А ты откуда родом?

Она вздыхает.

— Нью-Хэйвен. Я отсюда не уеду. Наверное, никогда.

Я иду к двери.

— Пошли. И не переживай о напитках. У меня ледяной поп в холодильнике.

— Какой поп?

Я слышу, как она удивленно переспрашивает, когда иду в комнату.

— Содовая!

Я зову ее за собой.

Всегда забываю и говорю «поп», и люди здесь понятия не имеют, о чем это я. Как только я заказала поп в закусочной кампуса, официант сказал мне, что они не продают фруктовое мороженое. С тех пор я всегда прошу газировку, но в повседневной жизни иногда забываюсь и называю ее «поп».

Доставщик пиццы нетерпеливо ждет у моей двери.

— С вас $11.59.

— Да, простите.

Я протискиваюсь мимо него, он не сдвигается ни на дюйм, и открываю дверь. Зайдя внутрь, беру немного налички и отдаю ему.

— Сдачу оставьте себе.

Забираю пиццу, а он разворачивается и спускается по лестнице, пересчитывая деньги на ходу.

Шелби появляется в коридоре, и мы заходим в мою квартиру.

— Клевое место, — говорит она в шутку, так как моя квартира выглядит в точности, как и ее. Та же планировка. Та же мебель. Тот же цвет стен.

— Да, я думаю, тебе понравится. — Ставлю коробку с пиццей на кухонный островок. — Если хочешь, я могу помочь тебе обустроить себе такое же.

Она смеется, когда достает стаканы из шкафчика. Наполняет их льдом, пока я достаю из холодильника содовую.

— Не против, если мы поедим перед телевизором?

— Конечно, это будет здорово.

Я хватаю тарелки и салфетки.

Она берет кусочек пиццы.

— Спасибо за ужин. Я очень голодна.

Мы берем тарелки и стаканы с содовой, переносим все на диван. Я вручаю ей пульт.

— Ты мой гость, так что можешь выбрать, что мы смотрим.

— Серьезно? — Она качает головой. — Ты слишком добрая. Я не могу поверить, что ты все еще остаешься такой, после того, как прожила здесь год.

Пожимаю плечами.

— Я просто вежлива. Вот и все.

Она листает каналы, выбирая кино.

— Смотри. Это один из тех романтических фильмов, адаптированных для телевидения. Это ужасно, но я почему-то их люблю.

— Я тоже. Давай посмотрим.

Через несколько минут мы в один голос говорим: «любовный треугольник».

Она смеется, указывая на экран.

— Я знала, как только этого парня приняли на работу в ресторан.

— Ага. Он тут же начал флиртовать с ней.

— Почему в таких фильмах всегда есть любовный треугольник? У большинства девушек достаточно проблем с поиском одного парня. Кто, черт возьми, пытается встречаться с двумя?

— Это просто кино. На самом деле в реальной жизни такого не случается.

Фильм прерывает рекламный блок, и я разворачиваюсь к Шелби.

— Так у тебя есть парень?

— Нет.

Она делает глоток содовой.

—Я не очень люблю отношения. Я просто приятно провожу время.

— Когда у тебя было настоящее свидание?

— Я не помню.

Она поднимает пульт и переключает на другой канал.

— Ненавижу ждать, пока закончится реклама.

— Это было так давно?

— Что?

— Твое свидание.

Она снова пялится в телевизор.

— Я не хожу на свидания. Большинство парней - мудаки. Трудно найти хорошего.

Она даже не смотрит на меня, когда отвечает.

Похоже, ей неудобно говорить об этом. Интересно, почему. Может быть, ей в прошлом причинили боль, и она решила отдохнуть от свиданий.

Я вроде как тоже. После того, как мы с Адамом расстались, я хотела вообще перестать встречаться с парнями.