Док обычно обижается, когда его называют Клизмой, но сейчас он никак обиды не показал. Я подумал, как можно одновременно смотреть по сторонам, под ноги, да еще и не упускать это чучело из вида, но мне это, как ни странно, удалось. Мы стремительно отступили за кусты, стараясь не показывать Няне своего испуга. А чего мы испугались-то? Черт его знает. Просто какое-то странное ощущение, будто вся душа выворачивается наизнанку. Впрочем, неприятным это ощущение, пожалуй, не было. Просто непривычно как-то.

Няня не сдвинулся с места, только помахал нам щупальцами и трогательно подмигнул зеленой лампочкой. Он очень милый, этот Няня. Незнакомые роботы на чужих планетах редко бывают просто милыми. Подозрительно это. Наша работа и наш образ жизни делают людей крайне мнительными, мы привыкаем воспринимать в штыки все непривычное и неожиданное. Это нередко спасает жизнь, но плохо отражается на характере и манерах. Вот и сейчас. Конечно, мы вели себя странно, глупо и бестактно, но что нам еще оставалось? Да и какой может быть такт в отношении бесчувственной железяки неизвестного производства, да еще и устаревшей конструкции?

— Вот тебе и перимедация, — без конца повторял док. — Сейчас и не то увидим.

Я чувствовал себя дураком.

— А что, собственно, случилось? — тихонько спросил я у Клистира.

— Не знаю, но все хреново, — ответил он, оттирая со лба пот. — Селезенкой чую!

Мы пропятились метров сто, деревья скрыли от нас робота, все свободно вздохнули, прибавили ходу и скоро вышли на широкую светлую аллею, посыпанную речным песком. По обочинам аллеи стояли фонтанчики с питьевой водой и старомодно изогнутые лавочки. Эх, присесть бы, отдохнуть, мелькнула у меня шальная мысль. Устал я что-то за сегодняшний день. На лице дока я прочел аналогичное желание. И только Пряник упрямо пер вперед, подгоняя нас.

— Выйдем через центральный вход, — сказал он. — У лаза нас наверняка уже ждут.

— А мы там пройдем? — пропыхтел с тревогой Клистир. — Они что, такие идиоты?

— Мы тоже не совсем кретины, — отрезал Пряник. — Пробьемся. Оружие к бою! Не садиться! — добавил он, увидев, что док собирается примостить свой зад на соблазнительную скамейку.

Клистир недовольно хрюкнул, уже согнувшись в три погибели.

— Арчи, я же совсем на чуть-чуть!

— Ладно, — наморщив лоб, проговорил Пряник и тоже сел.

Он любил, когда его называли по настоящему имени, а док знал, как подлизнуться к нему. Я тоже присоединился. Мы проверили бластеры и перевели дух. Было тихо и спокойно, только журчала вода в фонтанчике и по-прежнему пели где-то птицы. Хорошо! С нами явно творилось что-то неладное! Но этого абсолютно не хотелось замечать.

— Я думаю, преимущества внезапности у нас нет, — сказал Клистир. — Может, посидим, обдумаем все?

Пряник дернулся было, чтобы подняться, но что-то удержало его. Он вдруг откинулся на спинку лавочки и рассеянно потер виски.

— Не понимаю, — пробормотал он, — что нас заставило отступить? Мы могли бы еще поговорить с ним, выведать необходимые сведения, в конце концов.

— Я тоже удивился, — поспешно заявил Клистир. — Что-то нас спугнуло, но это не имело к делу никакого отношения, ведь так?

— Конечно! — воскликнул я. — Может, вернемся?

— Н-н-не знаю… — Пряника, казалось, мучила какая-то мысль.

С минуту мы сидели молча, вытянув вперед уставшие, гудевшие ноги.