Несмотря на все наши усилия не допустить господства биологической терминологии и биологических соображений в психоаналитической работе, мы не можем отказаться от них даже при описании явлений, которые мы изучаем. Нельзя трактовать термины «влечение» и «инстинкт» иначе, нежели понятия на стыке психологии и биологии. Еще мы рассуждаем о «мужских» и «женских» психических свойствах и позывах, хотя, строго говоря, различия между полами не могут притязать на положение отдельной психологической характеристики. В обыденной жизни мы говорим, разумеется, о «мужском» и «женском», но с точки зрения психологии все сводится к качествам активности и пассивности, то бишь к качествам, которые определяются не самими инстинктами, а их целями. Постоянное взаимодействие таких «активных» и «пассивных» влечений в психической жизни отражает бисексуальность индивидуумов (один из клинических постулатов психоанализа).

Я останусь доволен, если эти краткие замечания побудят обратить внимание на многие области, в которых психоанализ выступает посредником между биологией и психологией.

Г. Интерес к развитию индивидуума

Далеко не всякий анализ психологических явлений может считаться психоанализом. Ведь под последним подразумевается нечто большее, чем просто разделение сложных явлений на более простые. Метод состоит в том, чтобы проследить одно психическое образование до другого, которое предшествовало первому во времени и из которого первое развилось. Медицинская психоаналитическая процедура не в состоянии устранить симптом, пока не прослежены происхождение и развитие этого симптома. Итак, с самого рождения психоанализ предусматривал выявление процессов развития организма. Все началось с генезиса невротических симптомов, позднее внимание распространилось на прочие психические образования, и сложилась генетическая психология, применимая ко всем этим образованиям.

Психоанализу пришлось выводить психическую жизнь взрослых из психической жизни детей и заново осознать старую истину, гласящую, что ребенок – отец мужчины. Была выявлена преемственность между инфантильным и взрослым разумом, были обозначены те преобразования, которые имеют место в этом процессе. Большинство из нас признается в наличии пробела в памяти, охватывающего первые годы жизни; об этих годах сохраняются разве что фрагментарные воспоминания. Можно сказать, что психоанализ заполнил этот пробел и упразднил детскую амнезию человека. (См. раздел ниже об образовании.)

В ходе исследований инфантильного ума удалось совершить несколько примечательных открытий. Так, было подтверждено давнее подозрение о чрезвычайной важности детских впечатлений (особенно в первые годы жизни) для дальнейшего развития индивидуума. Даже оформился психологический парадокс – но это вовсе не парадокс для психоаналитиков – почему-то наиболее, казалось бы, важные из всех впечатлений забываются в более поздние годы. Психоанализ наглядно и недвусмысленно установил определяющий характер этих ранних переживаний применительно к сексуальной жизни. «On revient toujours à ses premiers amours» – трезвая правда. Многие загадки сексуальной жизни взрослых могут быть разгаданы, только если присмотреться внимательно к инфантильным факторам любви. В теоретическом понимании таких событий нужно учитывать, что первые детские переживания индивидуума происходят не случайно, что за ними скрываются врожденные или конституциональные инстинктивные задатки.

Другое и гораздо более удивительное открытие состояло в том, что, несмотря на все более позднее развитие у взрослых, ни одно инфантильное психическое образование не исчезает бесследно. Все желания, все инстинктивные позывы, отклики и установки детства по-прежнему сопровождают человека в зрелости и при соответствующих условиях могут проявиться снова.