Несмотря на то, что пять минут до входа в метро Василий шел с сумками, а Барон порожняком, пришли они в разном состоянии. Барон откровенно задыхался. Пот непрерывно полз и полз по короткому рыжему бобрику, заливал глаза, струился по телу. Сначала он хотел послать Василия в очередь, стоящую в билетные кассы. Однако, сообразив, что тогда придется забрать у него хотя бы одну тяжелую сумку, Барон решил, что и сам справится. Да и вообще, пролезать без очереди ему всегда нравилось, так что он даже вдруг испытал какой-то полузабытый азарт.

Барон начал быстро продираться между двух очередей, стоящих в разные окошки. Добравшись до стены с кассами, он просто и нагло влез в одну из очередей. Место, куда следует залезть, Барон опытным глазом присмотрел по пути. Главное – найти слабое звено, которое не будет сопротивляться. Вот он оттеснил молодую хрупкую женщину с мальчиком лет пяти и стал около сухонького немного сгорбленного старичка. Потом Барон слегка пихнул старичка сначала локтем, потом боком, потом спиной – и оказался прямо у кассы.

Сунув в окно тысячерублевую купюру (других просто не было, да и кто его знает, сколько стоит билет), Барон с чувством превосходства покосился на старика.

Вдруг сзади послышался звонкий детский голос:

– Мама, а почему этот дядя не стоит в очереди, как все?

Барон ему мысленно ответил: «Потому, что я не такой, как все». Молоденькая мама смутилась, не зная, как правильнее ответить сыну. В этот миг мальчику неожиданно и громко ответил старичок:

– Потому, что этот дядя считает, что он лучше, чем я, лучше чем ты и даже чем твоя мама.

– Он не лучше, чем моя мама. И не лучше, чем ты или я. Этот дядя гадкий.

– Правильно ты понял, малыш. Он гадкий.

– Дедушка, скажи, а его накажут? – спросил мальчик старичка.

Барон хотел было вмешаться и поставить всю эту мелочь на место, но почему-то не смог. Какой-то ступор охватил его, и он продолжал слушать разговор за спиной.

– Обязательно накажут, – уверенно сказал старичок.

– А скоро? – поинтересовался мальчик.

«Вот ведь маленький, сволочь, а какой зануда», – подумал Барон, с неожиданной для себя напряженностью ожидая следующей реплики старичка.

– Скоро, малыш. Очень скоро. Вот как только еще раз так же плохо поступит, так и все, – уверенно и весело сказал старичок. Потом он отвернулся и уже вроде как про себя добавил вполголоса: – Каждый рано или поздно получает то, что заслужил. Этот мир так тесен. Судьбы людей расходятся и сходятся. Поворот своей судьбы человек сам себе готовит годами. А потом по глупости своей не поймет, с чего это вдруг и откуда появляется рука разящая…

Последние слова старичка были, наверное, о чем-то своем. Все в очереди замолчали. Барон слегка повернулся к старичку и процедил:

– Заткнись, старый хрен, а то раньше времени на погост поспеешь.

Тот вдруг спокойным и твердым голосом ответил:

– Это ты не суетись лишний раз, колобок. А насчет раньше или позже – так ты даже и не сомневайся. Вот ты как раз вовремя успеешь туда, куда тебе предназначено.

Барон взглянул старику в лицо и понял, что лучше бы не делал этого. Он ожидал увидеть старческие блеклые глаза, а вдруг напоролся на твердый холодный, стальной взгляд. Холодный настолько, что непривычная стремительная дрожь пробежала от головы до пят Барона.

– Вы билеты и сдачу будете брать, в конце концов, – не выдержала кассирша, и Барон повернулся к окошку. Когда он схватил билеты и, не считая деньги, начал выбираться из очереди, то решил еще разок взглянуть на странного и страшноватого старика. Но тот куда-то подевался.

Сунув Василию билет, Барон пропустил его вперед, к турникетам.