Ягуар — тварь беспокойная, преследует до тех пор, пока ты не свалишься от усталости или просто забудешься зыбким сном. Вот тогда можешь записывать себя в покойники. Зарежет. Чертов морф ступает мягкими лапами по острым кромкам бетона или стекла безбоязненно; не берут его антропогенные останки цивилизации. Серповидные когти хороши, чтобы вспарывать мягкие ткани в районе живота или горло. Гарантированная смерть. Не зря многие дикари, живущие вдали от цивилизации, ценят крепкий коготь ягуара, делая из него удивительные девайсы, не уступающие смертоносными качествами стального клинка.

Прыгающая сверху темно-палевая тварь, даже на кошку не походящая, атакует стремительно. Откуда, думаете, у меня шрам на лице? Вот-вот. Едва успел увернуться от широкого замаха лапы. Коготь всего-навсего царапнул по щеке, а я две недели провалялся в горячке, едва не откинув копыта. Кстати, это еще один минус одиночной охоты в «заповедниках». Попадешь под замес — никто не поможет. Выбирайся сам. Вот и выбирался. После того, как оклемался в развалинах одного дрянного городишки. Ладно, что рядом с озерцом в забытье лежал. Только благодаря воде и выжил.

Я знал повадки злобного морфа и был настороже, когда остальные расслабились, и жесткий ромбовидный порядок получил изъяны. Ягуар напал аккурат в том месте, где мы пробивали завал. До точки выхода оставалось сотни три метров. Парни решили отдохнуть.

Фингал отошел с тропы и решил отлить. Он не успел и «мама» сказать, как сумрачная тень метнулась к нему и почти снесла голову, оставив ее висеть на одном позвонке. Все-таки это была самка. Ее мускусный запах шибанул в нос. Значит, дает сигнал, чтобы мы не приближались к гнезду. Зверюга сюда не за жратвой пришла.

Кто-то из наших заорал. Абу выстрелил дуплетом, надеясь отпугнуть морфа, но приземистая длинная хищница уже улепетывала в сторону мрачных полуразрушенных зданий, легко взмывая по бетонным блокам вверх, куда-то в черные провалы окон. Выстрелы из револьверов слились в бесконечную канонаду. Завоняло порохом.

— Аут! — заорал Канадец, перекрывая своим голосищем разнобойную стрельбу. — Хватит! Прекратили!

Разбуженные выстрелами летучие мыши с противным писком стали кружить над нашими головами. Сожрать нас они не сожрут, но пакостей наделать могут. Клювами бьют очень больно, вырывая куски мяса и мышц похлеще акулы. И экскременты у них едкие, глаза берегите!

— Идиоты! — разорялся Канадец, пытаясь наладить хоть какой-то порядок. — По двое, прикрывая друг друга — на выход! Шевелитесь, бараны! Да оставьте вы Фингала! Поздно ему помогать!

Отступление превратилось в бегство. Попробуйте конструктивно подумать и поработать, когда над твоей головой носятся ошалевшие от выстрелов птички с метровым размахом крыла и бесконечно гадят сверху!

— Теперь придется ехать на озеро и отмываться! — зло плюясь, Бурито молодым козлом проскакал по разбитой лестнице наверх. На его голове сияло бледно-желтое пятно дерьма, и видать, сильно досаждало парню.

Остальные так и валили неорганизованной толпой, совершенно забыв о тылах. Но Канадец не был бы тем, кого Директор назначил на такой важный пост, разглядев в нем умного и расчетливого человека.