– Да, – вру я.

Ему не обязательно понимать мои мотивации. Заведения открылись не так давно и пока далековато плавают от точки безубыточности, моя задача – сделать всё, чтобы они начали приносить доход. Для чего это мне, и каким способом я планирую этого добиться – не его ума дело. Ровно, как и то, что я нигде не обучалась и действую почти интуитивно – а значит, либо потоплю его хлипкий кораблик, либо мы вместе научимся сопротивляться волнам.

– Закончила университет? – Хмурится парень. – Кто ты по специальности?

– А ты? – Парирую я.

– Я в процессе.

– Я тоже.

Он удобнее устраивается, ерзая на кожаном диване. Всё его отношение ко мне написано в брезгливом выражении лица.

– Значит, папочка прислал свою девочку поупражняться в финансовом менеджменте? Отдал то, что было не жалко, чтобы она могла почувствовать себя пафосной бизнес леди?

От его слов мои внутренности сворачиваются узлом.

– А ты выпросил у своего папочки денег на клуб, чтобы не платить каждый раз за вход?

– Да. – Спокойно и без стеснения говорит он.

– Ну, теперь хотя бы этот кабинет будет использоваться по назначению. – Я бросаю многозначительный взгляд на стринги, красным знаменем реющие на спинке стула.

– Тебя смущает красивое белье? Или то, что оно оказалось здесь? – Наглец и не думает отрывать от меня взгляда.

– Если ты планируешь делить со мной это помещение, – замечаю я, – то не советую заниматься здесь сексом со своими подружками. Как бы тебе это не нравилось, Тимофей, – делаю акцент на его имени, – но мне придется навести здесь свои порядки, потому что клуб и ресторан должны приносить мне деньги.

– О, – улыбается парень, словно что то поняв, – папочка больше не дает тебе на карманные расходы? В этом дело?

При улыбке по его лицу расползаются мелкие морщинки. Солнечный свет ложится на его кожу так, что я могу видеть даже упавшую на его щеку ресницу. Не знаю почему, но мне хочется подойти и убрать ее.

– Лучше тебе не знать моих причин. – Отвечаю, сглотнув.

– Почему?

– Они тебе не понравятся.

– Такие же никчемные, как и ты сама?

– Всё понятно. – Устало отвожу взгляд.

– Ну, конечно. – Уголок его рта злобно подрагивает. – Сначала ты бросаешь мне вызов, понтуешься там, на перекрестке, а потом, когда тебе бьют по башке, возмущаешься. Вламываешься в мой бизнес, захватываешь мой кабинет и удивляешься, что не вызываешь ничего, кроме раздражения! Да ты меня бесишь! Да. Бесишь до изжоги! Кто ты такая, вообще? Иди, скажи своему папашке, чтобы прислал кого то поумнее! Или я сам скажу.

– Извини, что съездила тебе тогда по роже. – С виноватым видом говорю я. – Искренне надеялась, что это вставит тебе мозги на место, но увы… – Развожу руками.

– В какое же дерьмо я влип… – Рычит он.

Нервно нащупывает в кармане джинсов пачку сигарет, встает и направляется к выходу.

– Вот именно. – Говорю я ему вдогонку. – Еще не поздно отказаться. Я даже увеличу на десять процентов ту сумму, за которую ты мог бы продать мне свою долю.

– Хрена с два! – Выпаливает он, показывая мне кукиш. – Ты будешь меня терпеть здесь, гаргулья! Потому что я не позволю развалить свой бизнес какой то мажористой сикухе, возомнившей себя черт те кем!

– От мажора слышу!

– Дура…

– Хам!

И я вздрагиваю от хлопка двери.

Через пару часов Дарья знакомит меня с сотрудниками и показывает все помещения.

– Эту комнату мы выделили под репетиционную. – Улыбается она, открывая ключом дверь.