– Я рад, что вы приняли приглашение леди Уэнтуорт, – мягко произнес граф. – Она живет очень замкнуто и ни с кем не общается.

При встрече с подругой Ребекка это заметила.

– По-моему, она несчастлива, – сказала Ребекка. – Только вряд ли визит леди Нисдейл ее обрадовал. Уж очень они разные.

– Вы совершенно правы, – согласился Стенмор.

Ребекка вновь бросила взгляд на тропинку, но подруга не появилась, и Ребекка решила обсудить с графом вопрос, который не давал ей покоя. Ее волновала отчужденность между графом и Джейми.

Прошлым вечером, присоединившись к отцу и сыну за ужином, она не могла не заметить, что их разделяет стена безразличия. Джейми все время молчал. Когда Ребекка задавала ему вопросы, либо кивал, либо качал головой. После ужина Ребекка последовала за мальчиком в его комнату и объяснила недопустимость подобного поведения в присутствии отца.

Что еще она могла сказать, если отец и сын почти не общаются друг с другом?

– Я сегодня возвращаюсь в Лондон.

Видимо, на ее лице отразилось разочарование, потому что граф перестал улыбаться и взял ее руку.

– Вчера поздно вечером я получил сообщение. Мое присутствие там необходимо. Дня через два вернусь.

– Когда вы вернетесь, милорд, не найдется ли у вас часа свободного времени в день?

Он поднес к губам ее пальцы и запечатлел поцелуй на тыльной стороне ладони.

– У меня найдется не один час, а гораздо больше.

– Осмелюсь тогда просить два часа в день.

– У меня такое чувство, будто вы что-то затеваете. Она высвободила руку.

– Вас мучают какие-то сомнения, милорд. Он рассмеялся. Ребекка тоже улыбнулась.

– Что вы хотите, Ребекка?

– Не так уж много. Всего два часа.

– Для чего?

– Для наставлений.

– Кто кого будет наставлять?

– Я говорю серьезно.

– Будете продолжать в том же духе, я отменю поездку в Лондон. – Стенмор наклонился и зашептал ей на ухо: – И все две недели моего пребывания в Солгрейве ни один из нас не выйдет из моей спальни. Что скажете, Ребекка?

Ошеломленная, Ребекка не в силах была пошевелиться. Ее бросило в жар.

– Я... я...

Стенмор ласково коснулся ее щеки.

– Я вас не тороплю, – прошептал он. – Скажете, когда будете готовы.

В этот момент грум вывел из конюшни красивую гнедую кобылу, оседланную и полностью подготовленную к прогулке.

Стенмор натянул перчатки.

– Где вы договорились встретиться с леди Уэнтуорт?

– Здесь, у конюшен. Но, милорд, вы так и не ответили на мой вопрос. У вас найдутся два часа в день?

– Один.

Он перекинул узду через голову лошади.

– Мгновение назад вы угрожали мне продолжительным заточением. Куда подевалась ваша щедрость?

Граф сел в седло.

– Я бываю щедр, когда условия договора выдвигаются открыто и честно.

– Я в первый же день обратилась к вам с этой просьбой. Но вы не проявили к ней ни малейшего интереса, и мне пришлось изменить тактику.

– Я дал мальчику все, о чем вы просили.

– Не все, милорд, – упрямо возразила Ребекка. – Джеймс нуждается в вашем внимании гораздо больше, чем в комфорте, которым его окружили в Солгрейве.

– Это он так сказал, миссис Форд, или вы высказываете ваше собственное мнение?

– Не важно. Я знаю его лучше, чем кто бы то ни было. Не забывайте, что я растила его как собственного сына.

– Я хорошо это помню. Но Джеймс – сын Элизабет.