— Ладно, — я подошел к столу и оперся на него руками. — До того, как попасть сюда, я был… скажем так, не воином, скорее купцом. Занимался рекламой. Умею убеждать людей, придумывать красивые истории, продавать воздух… Но воевать? Никогда в жизни не держал в руках ничего тяжелее ручки и чашки кофе.

Ну не считать же учебу на военной кафедре вуза — умением воевать?

Я согнул руку, рассматривая мышцы, выпирающие из-под рукава грубой рубахи. Тело стражника, в которое я попал, было идеальным инструментом для войны — сильное, ловкое, выносливое. Вот только управлять этим инструментом предстояло мне.

— Однако ты сражался, Максим, — голос Тинг прозвучал мягче, чем раньше. — Я чувствую это. В твоей голове… в твоей душе… Там много боли, много гнева. Но еще больше — силы. Силы, которая может помочь тебе выжить в этом мире.

Она спрыгнула со стола и подошла ко мне вплотную, встала на задние лапы, ее мордочка была на уровне моего лица. Ее взгляд, пронзительный и гипнотический, заставил меня забыть, что передо мной всего лишь… кошка.

— Вспомни, Максимилиан. Вспомни, за что ты готов сражаться. Вспомни ту, ради которой ты отдал все.

Ее слова отозвались тупой болью в груди. Дочь… Лицо Алисы, ее глаза, полные любви и доверия… Она была жива, я знал это. Знал и то, что должен выжить в этом мире любой ценой, чтобы выполнить свою часть договора.

— Хорошо, Тинг, — кивнул я, чувствуя, как в груди разгорается непонятное волнение. Волнение это было сродни тому, что я испытывал, стоя на краю пропасти в детстве, готовый прыгнуть в реку с обрыва. Смесь страха и любопытства, предвкушения чего-то неизведанного и опасного. — Я готов учиться. Чему угодно. Лишь бы это помогло вам выиграть эту войну.

— Вот и отлично, — Тинг довольно потерлась о мою ногу, мурлыча, как довольный котенок. Ее изумрудные глаза блестели в полутьме комнаты, отражая пламя свечей. — Для начала нам нужно…

Она не успела договорить. Мир вокруг дрогнул от мощного удара. Пол под ногами вдруг дернулся, словно гигантская волна ударила о стены замка. Каменная кладка застонала, по стенам пробежали трещины. С потолка посыпалась каменная крошка, одна из свечей погасла, с шипением утонув в луже собственного воска, отбросив нас в тревожный полумрак.

— Что происходит? — я шагнул назад, инстинктивно хватаясь за стену, пытаясь удержать равновесие. Голова закружилась, в ушах зашумело, словно в горах после обвала. — Это землетрясение?

— Хуже, — Ян вскочила на ноги, ее лицо было бледным как полотно, а в темных глазах плескался ужас. — Они нашли способ пробить защиту Тинг…

— Но как⁈ — кошка металась по комнате, словно пантера, загнанная в ловушку. Ее шерсть встала дыбом, из горла вырывалось предупреждающее шипение. — Мои чары… они не могли просто так…

В этот момент со стороны двери донесся оглушительный треск, от которого, казалось, содрогнулся весь замок. Затем — звук ломающегося дерева, звон стали, победные крики. Сомнений не было — ворота пали.

— Быстрее! — Тинг метнулась к окну, за которым чернел бездной ночной мир, лишь изредка освещаемый холодным светом двух лун. — Нам нужно уходить!

— Но там же… — я подошел к окну и выглянул наружу.

Головокружение охватило меня с новой силой. Мы были на самом верху башни, и под нами зияла головокружительная пустота, от одного вида которой у меня захватывало дух.

— Нет времени объяснять! — голос Тинг дрожал от напряжения.