– Ясно, – сказал старик. – Так, значит, вы просите меня вернуть царевну Розу к жизни?

– Просим, просим, – в один голос зачирикали воробьи.

– Ну, это нетрудно, – усмехнулся волшебник, – только как вы со мной расплатитесь за это?

Воробьи чирикнули вопросительно.

– Вы отдадите свои крылья?

Ответом было протестующее чириканье.

– Нет, это невозможно, – возразил самый старый воробей. – Ведь мы тогда не сможем летать.

– А перьями пожертвовать вы согласны?

Протестующее чириканье усилилось.

– Нет, не согласны, – ответил тот же воробей. – Без перьев мы зимой все перемерзнем.

– Ну а если вы больше не сможете чирикать?

На мгновение птицы умолкли, затем в унисон ответили:

– Мы согласны. Пусть это будет нашей платой.

– Хорошо, – сказал волшебник. – Возвращайтесь во дворец.

Взволнованные, они одновременно снялись с дерева и понеслись назад еще быстрей.

Дворец их встретил так же, как и в первый раз: мертвой тишиной. Все его обитатели, исключая царя и царицу, спали как убитые. Воробьи недоуменно поглядывали друг на друга: неужели волшебник обманул их, приняв жертву, но не выполнив их просьбу?!

И тут вдруг из дворца донесся тоненький голосок:

– Ма-а-ма! Па-а-па!

Тяжелая дубовая дверь распахнулась, и оттуда показалась маленькая заспанная девочка.

Спустя мгновение из конюшен донеслось ржание, во дворе раздался собачий лай, взлетели мухи, зашныряли тараканы, слуги, зевая, стали подниматься с земли. Жизнь возобновилась и в лесной глуши: в берлогах заворочались медведи, лисы высунулись из нор, волки забегали меж деревьев.

И в тот же миг каждый воробей ощутил странные превращения своего тела, точно чья-то ледяная рука схватила его и принялась сжимать, выдавливая внутренности. Разум помутился, тельце каждой птицы стало растягиваться вширь, изменяя свое строение, клюв сделался мягким и тоже расширился, ноги сильно выросли.

На подоконниках, на булыжной мостовой, карнизах, водосточных трубах – везде, где минуту назад были птицы, восседали теперь лягушки.

К счастью для них, царь видел это превращение и понял, что произошло. Благодарно воздев руки к небу, он во всеуслышанье объявил, что отныне все лягушки царства находятся под его личным покровительством и защитой, ибо они на самом деле – птицы, принесшие великую жертву волшебнику ради спасения его дочери и всего государства.

– Вот почему лягушки прыгают и квакают, – объяснил воробей соседу по ветке, завершая свой рассказ. – Когда-то они были воробьями, но старый волшебник их надул. Они до сих пор пытаются чирикнуть и взлететь, но могут только квакать и подпрыгивать.

Глава 11

– Ну вот тебе вторая сказка перед сном, – сказал маг Тому. – А теперь, боюсь, я вынужден тебя покинуть. Не сомневаюсь тем не менее, что ты без труда найдешь дорогу обратно, к теплой постельке. – Он уже начал подниматься, но что-то – очевидно, выражение лица мальчика – его остановило. – О чем задумался, Том?

– О первом дне в школе… – Лицо его вдруг вспыхнуло от гнева. – Тогда директор задержал Дэла и еще одного мальчика у себя в кабинете и тоже стал рассказывать им сказки.

И вам это отлично известно.

Маг поднялся, заложил руки за, спину и потянулся всем телом, привстав на цыпочки.

– Я только прошу тебя задуматься об одной вещи, Том.