Поблагодарив его за добрые слова, я вернулся к родителям. Мимо прошли Том с матерью в сопровождении Дэла и Хиллманов. Даже в толпе, даже с матерью и крестными родителями Том с Дэлом выглядели удивительно одинокими.

Лейкер Брум посмотрел куда-то сквозь них и улыбнулся подносу с сандвичами.

***

– Помню ли я? – переспросил меня Том в «Занзибаре». – Ну конечно же, я отлично помню, о чем мы тогда говорили: о нашей с Дэлом поездке в Обитель Теней. Моя мама панически боялась самолетов, так что мы решили отправиться поездом из Финикса. К тому же поездка по железной дороге через всю страну обещала быть страшно увлекательной.

– Так почему ты все-таки решил ехать ?

– По одной-единственной причине: я чувствовал, что Дэл нуждается в моей поддержке и защите, – ответил Том. – Я должен был отправиться с ним, понимаешь?

Крутанувшись на табурете возле стойки, он оглядел пустое в этот час помещение. Из окон лился мягкий свет, похожий на чуть затененный луч прожектора, падающий на сцену.

Он определенно старался отвести взгляд, продолжая свой рассказ.

– Отговорить его от поездки я был не в силах, а значит, чувствовал себя обязанным его сопровождать.

Он вздохнул, не отрывая взгляда от полосы желтого света, словно там вот-вот должно было возникнуть видение.

– Лишь одного я тогда не понимал, хоть это и было достаточно очевидным ведь школа тоже была Обителью Теней.

Долгие месяцы, на протяжении почти двух лет, уже в других барах и гостиничных номерах, в других городах и даже странах – везде, где бы нас снова ни сводила судьба, у меня неизменно звучала в ушах его фраза "Теперь я расскажу тебе о том, что произошло тогда".

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ОБИТЕЛЬ ТЕНЕЙ

"Мы возвращаемся к исходной точке бурного, полноводного потока нашего повествования, откуда события могут пойти.., в любом направлении".

Глава I

ПТИЦЫ ВОЗВРАЩАЮТСЯ ДОМОЙ

В первый день путешествия Дэл был молчалив…

Глава 1

На протяжении всего первого дня пути Дэл был молчалив, и Том в конце концов оставил всякие попытки его разговорить. На каждое замечание Тома по поводу унылого пустынного пейзажа за окном вагона Дэл лишь хмыкал и еще глубже погружался в двухсотстраничный манускрипт, пришедший по почте от Коулмена Коллинза. Опус сей был озаглавлен "Тройное поперечное тасование карт". Только однажды, бросив рассеянный взгляд в окно, он проговорил:

"Похоже на миллион ковбойских шляп".

Оставив все попытки пообщаться с другом. Том немного почитал один из детективных романов Рекса Стаута в мягкой обложке, затем решил прогуляться по вагонам, рассматривая пассажиров: пожилых людей, молодых мамаш с грудными детьми и шумных, словоохотливых загорелых солдат – судя по манере растягивать слова, уроженцев здешних мест.

Том посетил бар и вагон-ресторан, потом немного посидел в смотровой кабинке, обозревая бесконечную степь. По мере приближения сумерек цвет окружающего пейзажа заметно менялся от желто-оранжевого до золотисто-багрового. Внезапно, прежде чем окунуться в голубовато-серый полумрак, степь на какое-то мгновение ослепительно вспыхнула розоватым пурпуром, будто охваченная шипящими извивающимися языками пламени. Когда Том, смертельно проголодавшийся, вернулся на свое место, Дэл, оторвавшись на секунду от страниц, исчерченных схемами, чуть задумчиво пробормотал: "Бедный Дейв Брик…" Значит, он тоже это видел…

Ночь скрыла пейзаж за окном. Теперь в стекле было лишь размытое, неясное отражение их лиц.

Том почувствовал, как к горлу подступили слезы. Чувства были в смятении. Как он мог упустить из виду Дейва Брика, пусть даже среди того безумного столпотворения в полном дыма зале? Ведь он, наверное, пробежал мимо него с десяток раз, но все-таки оставил его там, и теперь с каждым перестуком вагонных колес они все больше отдалялись от школы.