-- Нет, я ничего не заметила, а что?- насторожилась девушка и испугалась. Обернулась, силясь разглядеть в темноте причину столь странных вопросов Вадима, но ничего не увидела. -- Пойдем домой, -- предложила, зябко передернув плечами.

-- Да, Марина, -- кивнул он, но не двинулся.

-- Вадим, пойдем, мне страшно! -- потребовала настойчивей Марина.

Тот нехотя повернулся к ней, обнял и медленно повел к арке. Варн тенью скользнула следом за парой.

Мужчина остановился:

-- Ты иди, Мариша, я за тобой.

-- Вадим... - она не понимала.

-- Иди, -- процедил. В голосе не просьба - приказ, и тон грубый, властный, недовольный. Видимо, девушке еще не доводилось видеть таким. И отступила, обидевшись и растерявшись одновременно.

-- Иди, милая, иди, -- повторил мужчина, внушая и успокаивая, уже мягче, но не менее настойчиво. Она поддалась, сделала неуверенный шаг в сторону от него и от Варн. Та не сдержала стон сожаления, губы искрились от злости, тело приготовилось к прыжку.

-- Беги!! -- предостерегающий крик мужчины подстегнул девушку и толкнул Варн к нападению. Она прыгнула и напоролась на его удар, впечаталась в кирпичный забор и, спружинив от него, в полете отвесила ответный удар противнику. Мужчина отлетел и рухнул на землю. Марина закричала и тут же смолкла, услышав странный завораживающий звук - Варн смотрела на нее, щуря черные глаза, в которых, казалось, нет зрачков, и словно пела.

Вадим поднимался с земли.

-- Уходи!! Не слушай ее!! -- попытался перекрыть своим криком странную манящую чудесную мелодию. Или песню? Или что-то еще не имеющее названия? И губы, что издавали эти звуки, влекли к себе и сама певица - стройная, ирреально красивая, гордая и сильная. Идеал. Мечта, звезда.

Иди ко мне - звали вишневые губы, такие же приметные на абсолютно белом, неживом в своей красоте лице, как и черные глаза, в которых играли искры безмятежных лет, прошедших, как миг, таких дорогих, что нет сил думать о них не плача, не сожалея. Но они вернулись и зовут, и нужно сделать всего лишь шаг, чтобы вновь обрести утерянное счастье, покой и безграничную любовь, которая окутает все существо, пронзит каждую клетку восторгом и негой...

-- Стой!!

Вадим  криком пытался остановить любимую и силой - Варн.

Чарующая мелодия стихла, Марина скривилась, готовая расплакаться от огорчения и щемящей тоски, что вытеснила из сердца радость и счастье.

-- Уходи!! -- врезалось в мозг яростным грохотом.

Девушка вздрогнула и очнулась. Взгляд еще стремился к предмету обожания - странной женщине, но глаза уже видели и Вадима. Тело еще не слушалось, мозг соображал вяло, да и не хотел соображать вовсе. Ей хотелось спать так сильно, что она б легла прямо здесь, на мокрую плитку асфальта, но где-то на краю сознания плавало глупое, нервирующее ее правило, взятое, бог знает где - нельзя спать на улице, на сырой земле.

Она видела, как мечутся две фигуры - Вадима и женщины, и понимала - они дерутся, и не воспринимала данный факт иначе, чем кадры фильма или сценку особо бездарной, компьютерной игры для юных фанатов какого-нибудь особо заумного и давно забытого вида рукопашного боя. Ей вдруг стало смешно - женщина так красиво двигалась, взлетала высоко и легко, словно парила и пела ту чудесную мелодию даже движениями. Вадим же был неуклюж и груб. Бил всерьез, промахивался, получал плюху, падал и вновь неуклюже вставал.

Она не узнавала его - этот человек был слишком груб с женщиной, бился со всех сил, неистово, зло, не делая скидки ни на возраст, ни на пол, ни на красоту.