|
— Я думаю, все дело в том, что это очень престижно — иметь такую замечательную конюшню, какая сейчас у него. Этим наверное, все и объясняется. Стейд много лет подряд пытался вступить в жокейский клуб, но все время получал отказ. Однако, имея такого производителя, как Финн Мак-Кул, он вполне мог рассчитывать, что в конце концов добьется своего.
— Тогда почему бы ему было просто не купить этого Финна Мак-Кула, если уж он был ему так нужен? — не сдавался Гарри.
— Я выяснил, что этого жеребца уже пытался купить какой-то богатый англичанин, — пояснил Пэдди. — Но О'Тул отказался от сделки и сказал, что всю жизнь мечтал иметь такую лошадь и что не продаст его за все сокровища Индии. В итоге все кончилось для О'Тула так, что хуже некуда, — он остался и без лошади, и без денег. У него осталось лишь несколько потомков Финна Мак-Кула — жеребят и молодых кобылок, одну из которых я и увидел в прошлом месяце на скачках.
Меня захлестнула волна гнева, разом покончившая с охватившими меня на какое-то время апатией и бессилием.
— Ну что же, Стейду это даром не пройдет, — мрачно процедила я сквозь стиснутые зубы. — Он убил моего отца, он украл лошадь О'Тула, и я заставлю его заплатить сполна за все это.
— Ну, вот так-то лучше, Кейт, — ободряюще сказал Гарри. Пэдди тоже кивнул, тем самым выражая согласие с моими словами, но предупредил:
— Прежде чем мы что-либо сделаем, нам надо запастись доказательствами.
— Тебе удалось переговорить с конюхом, который ухаживал за Финном Мак-Кулом? — спросила я у Пэдди.
— Само собой, девочка, — одобрительно улыбнулся мой старый друг. — Выяснилось, что и мистер Дэниэл тоже с ним разговаривал.
Гарри присвистнул.
— Этот самый конюх помимо прочего сообщил мне, что на правом боку у Финна Мак-Кула все же есть небольшая отметинка, — сказал Пэдди.
— У каждой лошади есть свои отличительные черты, помимо масти и каких-то отметин, — сказал Гарри. — Чем больше я об этом думаю, тем более невозможным мне кажется, чтобы Стейд мог осуществить подобную подмену. Конюхи, ухаживающие за Алькасаром, обязательно заметили бы ее. Уж кто-кто, а конюхи в состоянии отличить одну лошадь от другой.
— Пари держу, что конюхов Алькасара уволили еще до того, как произошла подмена, — сказал Пэдди.
Гарри поднял брови — в точности, как это делал Адриан. Некоторое время все молчали, а потом я сказала:
— Думаю, все мы согласимся с тем, что, если рассуждать логически, следующий наш шаг заключается в том, что мы должны сами взглянуть на Алькасара.
— Между прочим, я привез с собой из Ирландии конюха, который приглядывал за Финном Мак-Кулом, — объявил Пэдди.
Внезапно в животе у меня похолодело от страха, и я сказала:
— Прежде чем отправляться осматривать лошадь, нам надо убедиться, что Стейда не будет в имении, когда мы там появимся.
Гарри повернулся ко мне.
— Что нам действительно необходимо сделать, — сказал он, — так это упросить Адриана взять нас на скачки в Ньюмаркет. Стейд в день соревнований наверняка будет отираться на ипподроме, а это даст нам отличную возможность взглянуть на Алькасара.
— Это в самом деле великолепный план, Гарри, — сказала я, посмотрев на младшего брата Адриана с восхищением, которое он, судя по его самодовольному виду, вполне разделял.
— План в самом деле неплох, но только при условии, что осматривать лошадь будем мы с Шоном, — заметил Пэдди.
Гарри нахмурился.
— Конкретно все спланировать мы сможем уже в Ньюмаркете, — поспешно вмешалась я. |