По губам Катерины пробежала улыбка.

— В таком случае Мишель де Нотрдам получит слегка потасканную супругу…

Она достала из шкафа сильно декольтированный лиф, расшитый бахромой, верхнее платье из набивного шелка, с узкими рукавами, высокий стоячий кружевной воротник, а для волос — золотую сеточку с жемчугом. Потом, прикинув, как это будет выглядеть все вместе, выбрала красную юбку.

— Занятно, сколько связанных друг с другом людей оказываются втянутыми в одну и ту же историю. Нас ведь тоже не миновали беды Медичи, но ты не знаешь, что у моих братьев и сестер были особые дела с этим Лоренцино.

— А некий Франческо Мария Чибо не наш родственник?

У Катерины сегодня явно был день сюрпризов, и это уже начало ей надоедать.

— Конечно родственник. Он принадлежит к Савойской ветви Чибо. А где ты услышала его имя?

— Он два дня назад прибыл в Сен-Реми, и его представили Бертрану. С ним был очень странный человек, Гийом Постель из Парижа. Они направляются сюда, в Аген. Постель собирается остановиться у одного знаменитого писателя.

— У писателя? А ты знаешь его имя?

— Да, Жюль Сезар Скалигер.

Катерина нахмурилась.

— Имя я слышала. Кажется, его упоминал Молинас, только не помню, в какой связи. К сожалению, этот человек никогда в подробностях не объяснял мне, зачем ему понадобилось уничтожить Нотрдама и кого он подключил к своим планам, — Она повернулась к дочери спиной, чтобы та помогла ей зашнуровать лиф.

Пока девушка возилась с платьем, она продолжила тоном лектора:

— Исходя из того, что ты мне рассказала, полагаю, что следующим шагом будет проникнуть в дом Скалигера, пользуясь тем, что в городе объявился мой кузен. Необходимо разгадать планы Молинаса. Ведь об Анне Понсард я знаю очень немного… не перетягивай шнуровку… надо кое-что выяснить, прежде чем вмешиваться… не перетягивай, тебе говорят!

Джулия покраснела.

— Извините, мама… Я задумалась… Я вот о чем думаю…

— Выкладывай, но будь внимательнее.

— Неужели, чтобы отомстить Нотрдаму, нужны такие сложные интриги? В Камерино в подобных случаях вы прибегали к услугам сикариев.

Катерина отметила с удовлетворением, что девочка рассудила умно. Может, она начала взрослеть.

— Сейчас объясню. В мои планы не входит смерть Нотрдама. Чтобы убить его, достаточно капли яда, как в былые времена. Но и просто-напросто сдать его инквизиции ради снятия отлучения мне тоже не хочется.

— На что же тогда вы рассчитываете?

— Уж завершить дело — так с шиком. По словам Молинаса, Нотрдам принадлежит к конгрегации магов, имеющих почти неограниченное могущество. Через него можно выйти на главу секты, человека весьма таинственного и наводящего страх. Я не стремлюсь нарушить свой христианский долг, но мне очень хочется побольше узнать о магии, так пугавшей Молинаса.

Катерина не осмеливалась в этом признаться, но с тех пор как признаки старения начали проступать в ее красоте, идея останавливать время оккультными методами становилась все привлекательнее. Она слышала разговоры об алхимиках, которые изобрели эликсир вечной молодости, и втайне надеялась, что Нотрдам занимается чем-то подобным.

— Если хотите, я могу спросить у Бертрана.

— Боже тебя упаси! — вскричала в тревоге Катерина. — Если магией занимается мужчина, его объявляют мудрецом, а если женщина, ее объявляют ведьмой! Мужчину ждет всеобщее почитание, а женщину — смерть.

Опешив от услышанного парадокса, Джулия на несколько мгновений замолчала, потом сказала:

— Может быть, то, что вы ищете, содержалось в книге, которую вы вернули Нотрдаму?

Катерина фыркнула.