Он нетвёрдой походкой направился к своей одежде. Одевшись трясущимися руками, неуверенно замер на месте.

— Вот ваш багаж, — проговорил бюрократ за стеклом, не поднимая глаз. Он походил на древнего кивающего божка, дремлющего за своими ритуалами. — Номера 39485 и 39486. Прошу забрать их с собой из помещения. — Он извлёк старинные золотые карманные часы, щёлкнул крышкой и взглянул на циферблат. — Нет, прошу прощения. Никто не следует за вами из новоньюйоркских филиалов. Можете не торопиться.

— Спасибо. — Рахмаэль поднял тяжёлые чемоданы и пошёл к большой двустворчатой двери. — Мне сюда? — спросил он.

— Вы выйдете прямо на авеню Смеющейся Ивы, — сообщил ему служащий.

— Мне нужна гостиница или мотель.

— Любой наземный транспорт подвезёт вас.

Служащий вернулся к своей работе, прекратив разговор. У него не было дополнительной информации.

Распахнув дверь, Рахмаэль вышел на тротуар. И застыл на месте как вкопанный.

* * *

Вокруг него кружился, обжигая ноздри, едкий дым. Он машинально пригнулся, слегка согнув ноги. Затем Рахмаэль бен Аппельбаум, находившийся отныне здесь, на Девятой планете системы Фомальгаут, нащупал в кармане брюк плоскую жестяную банку — оружие-икс, которым его снабдил на прощание Архив усовершенствованного оружия, замаскированное столь радикально, что оно не походило ни на один образчик стандартного вооружения из арсеналов ООН. Когда он увидел его впервые, маскировка этого сверхминиатюрного искажающего время устройства показалась ему непременным свойством для такого рода обманчивых предметов — оружие выглядело контрабандной жестянкой генотропического профоза с Юкатана, полностью автоматизированного, с питанием от гелиевой батарейки (гарантированный пятилетний срок службы).

Прячась у стены, в тени, он быстро извлёк уместившееся в ладони оружие. На нём был даже скопирован красочно выполненный полоумный девиз центрально-американского завода. Теперь, на незнакомой планете, в другой системе он перечёл знакомые ему с подростковых лет слова:

КОНЧИЛ ДЕЛО — ГУЛЯЙ СМЕЛО!

«И с помощью этой штуки я собираюсь вернуть Фрею», — подумал он. Замаскированная дебильно яркой эмблемой коробочка с оружием казалась ему оскорблением или чем-то вроде непристойного комментария к ситуации, с которой ему придётся столкнуться. Как бы то ни было, он сунул её в карман и, распрямившись, вновь уставился на туманные волны взвешенных частиц — облачные массы, возникающие в ходе молекулярного преобразования ближайших зданий. Он увидел также силуэты людей, движущиеся с нелепой быстротой, каждый в собственном направлении, словно в это опасное время когда столь многое поставлено на карту, вдруг отключился надёжный механизм управление, предоставляя каждую из бегущих фигурок самой себе.

Тем не менее их действия казались не случайными, а подчинёнными командам. Справа от Рахмаэля собралась группа людей для монтажа сложного оружия; они ловко и грамотно собирали его компоненты. Они были профессионалами, и он гадал (не видя в блуждающем освещении их униформы), к какой фракции они принадлежали. По-видимому, решил он, лучше приписать их к ТХЛ — так оно безопасней. Пока ему не докажут обратное, он склонен отнести к той же организации и всех остальных, встреченных здесь, на этой стороне, на Неоколонизированной территории, которая никоим образом…

Прямо перед ним появился солдат с огромными немигающими глазами совы, уставившись на него, словно не намерен был отныне отводить взора от пойманной добычи. Бросившись на землю, Рахмаэль машинально потянулся к жестянке с профозом. Всё случилось слишком быстро и внезапно, он даже не успел подготовить оружие, доставленное сюда для спасения Фреи, не говоря уже о собственной защите. Он дотронулся до жестянки, спрятанной глубоко в кармане брюк… и в тот же миг у его лица что-то приглушенно хлопнуло, а стоявший над ним солдат ТХЛ изогнулся, чтобы прицелиться и повторить выстрел.