– Я скучаю, – прошептала я то ли во сне, то ли наяву, потянувшись к маме, но она только грустно улыбнулась и растворилась во мраке, а вместо нее возник образ Ветриара, повторяющий "три дня"…

***

Утром я почувствовала себя просто прекрасно. Довольно съев весь завтрак, мимоходом чмокнула лейтенанта в щечку, отчего та задергалась, и направилась на тренировку. Ветриар оставил мне кучу записей и учебников по магии, и пора было ими заняться. Получалось не ахти. Внутренняя сила отзывалась… иногда… но ни управлять ей толком, ни мгновенно вызывать никак не получалось. Но я не сдавалась! Конечно, мне позарез нужен был учитель, но приходилось обходиться своими силами.

А после обеда я занялась другими тренировками. Оружие для меня тоже было необходимым навыком. Вызвав к себе все того же лейтенанта, я потребовала от него спарринги, сказав, что после ранения и внезапной амнезии, некоторые приемы позабылись. Отказать он мне, понятно, не мог, чем я и пользовалась. Вызвать подозрения я не боялась – тело на автомате многое помнило, да и Ларинэ с Ветриаром за две недели поднатаскали, но главное было даже не это. Лейтенант, которого звали Рихтар, был под контролем, уставший и с вымотанными нервами. Я старалась одновременно, и приучить его к себе, и не дать забыть угрозу. То и дело, лапав и целовав его, с другой стороны льстила его умениям и выспрашивала подробности жизни. Оказалось, что за всей бравадой молодого человека и желанием выслужиться стояло шаткое социальное положение. "Рир" в приставке и адуляр на браслете (и тот полученный его отцом за личные заслуги), никогда не позволят парню стать выше эр-лейтенанта королевских стражей, или капитана в небольшом городке. Назначение сюда – это его надежда заслужить повышение. Когда я это вытащила из него, мне стало плохо. Не за повышением его сюда направили, а как пушечное мясо. Его не жалко. Он не нужен. И именно этот отряд пострадает в первую очередь при нападении, пока шпионы Хладена будут сидеть в засаде. Осознание этой простой истины заставило избегать парня весь вечер, подавляя в себе жалость и желание ему помочь. Сделать ведь ничего не сделаю, и помочь не смогу. Самое отвратительное, что если даже скажу ему правду, то он все равно решит, что это его шанс. Единственное, что я могла, так это пообещать себе, что если все закончиться, и если парень останется жив, помочь ему со службой. Думаю, Ларинэ он сможет пригодиться.

Два дня пролетели быстро. Я каждый день проходила мимо хранилища, косясь на него, но так и не зашла. Поразмыслив, я решила все-таки дождаться Ветриара. Он обещал, что через три дня приедет, вот и подожду. Если его не будет к вечеру четвертого, тогда уже сама полезу. Хотя, я все-таки не была уверена, а надо ли мне это. Но любопытство – страшная сила.

Глава 14

На третий день Ветриар не приехал. И на четвертый тоже…

Я не находила себе места, терзаемая сомнениями и страхами, начиная от "он меня предал", и заканчивая "его убили". В любом случая, я была просто твердо уверена, что дело тут не в обычной забывчивости или занятости. Причем, в душе теплилась надежда, что его именно задержали, и он скоро появиться.

Со своими сторожами я вполне терпимо ладила, хотя, скорее всего потому, что вела себя практически примерно. Они замечали мою нервозность, но молчали, и, даже, постепенно расслаблялись, не дождавшись бунта или каверз. С прислугой тоже все утряслось, и даже небольшой ремонтик провели… Правда, в последнюю минуту я передумала менять интерьер спальни принца, вдруг когда-нибудь пригодиться?

Но самым отвратительным было постоянное ожидание беды. Сколько еще продлиться это затишье? Вот не верю, что никто не клянет на столь явную приманку. Должны, хотя бы для того, чтобы проверить, правда это или нет.