За три месяца до начала экзаменов у нас с отцом произошла очередная стычка. Большую часть времени мы жили как чужие люди. Он оставлял мне вполне достаточно денег и иногда спрашивал: «Тебе что-нибудь нужно?» — а я чаще всего ограничивался коротким «ничего». Однажды вечером, в воскресенье, я занимался у себя в комнате. Раздалась трель телефона, и я навострил уши, решив, что звонит отцовская пассия, но слов не разобрал. Через несколько минут он появился в дверях, жутко бледный, с дергающимся подбородком.

– Твой дед умер…

– Какой дед?

– Мой отец.

Я понятия не имел о существовании английского дедушки. С тех пор как мы переехали в Лондон, родители ни разу о нем не вспомнили. Оказывается, Уильям Ларч жил в Шеффилде, в доме престарелых, а теперь умер – в одиночестве.

– Наверное, я должен туда поехать. Как ты считаешь?

Отец впервые поинтересовался моим мнением. Вид у него был потерянный.

– Должен или хочешь?

– Он мой отец.

– Сколько вы не виделись?

– Десять лет назад, сразу после возвращения из Дели, мы с твоей мамой посетили его. Встреча прошла… скорее, плохо.

– Я не понимаю, зачем ехать на похороны человека, с которым ты не ладил и практически не общался.

– Повторяю, он – мой отец, и мы поедем.

– Собираешься взять меня с собой?

– Так будет правильно. Заодно восстановим отношения с родственниками.

– Поступай как знаешь, но на мою компанию не рассчитывай. Провожать в последний путь нужно тех, кого любишь, чья смерть причиняет боль, а не чужих людей. Я своего деда знать не знал, пока он был жив, и не имею желания «знакомиться» сейчас. Лучше бы вы рассказали…

– Мы должны отправиться вместе, Томас.

Я отказался, он разозлился, кричал, что у меня нет сердца, раз не хочу поддержать его в тяжелую минуту. Я уткнулся в учебник математики, надеясь, что отец скоро утихомирится, но он совсем разошелся, побагровел, схватил меня за плечо и заорал:

– Я устал от твоих капризов, гадкий мальчишка! Ты – худшая из всех моих ошибок!

Я вскочил со стула, стряхнул его руку и прошипел:

– Не смей меня трогать! Хочешь отправиться в Шеффилд – на здоровье, но б