* * *

На летное поле въехало такси, и из него вышел невысокий толстяк – мистер Барни Клингер. В Корал‑Гейбле, недалеко от Майами, у него был большой роскошный дом в испанском стиле. Его сопровождала отнюдь не толстая и не низкорослая хористка; потрясающе красивая девушка по возрасту годилась мистеру Клингеру в дочери. На склонах холма Спайгласс у мистера Клингера был коттедж, где он тайком от миссис Клингер время от времени отдыхал. Мистер Клингер намеревался лететь до Ки‑Уэста и там посадить девушку на рейсовый самолет до Майами. Потом усталый бизнесмен вернется домой из деловой поездки, вызванной необходимостью обсудить старый, скучнейший контракт. Миссис Клингер встретит его в аэропорту Майами и убедится, что он прилетел один. Лишняя предосторожность не помешает. Миссис Клингер знала очень хороших юристов. Хулио Гомес встал и направился к бизнесмену.

– Простите, сэр, вы – мистер Клингер?

У Клингера тревожно екнуло сердце. Уж не выследил ли его частный детектив?

– Кому я нужен?

– Видите ли, сэр, у меня проблемы. Я здесь отдыхал, но только что мне позвонила жена. Наш ребенок попал в аварию. Мне срочно нужно вернуться, очень нужно. Но сегодня нет рейсов. Никаких. Даже чартерных. Вот я и подумал, не сможете ли вы подбросить меня до Ки‑Уэста? Я был бы вашим вечным должником.

Клингер сомневался. Все же нельзя было исключать, что этого человека наняла миссис Клингер. Он отдал сумку носильщику, и тот стал загружать багаж в грузовой отсек «Навахо».

– Ну, – сказал Клингер, – я не знаю…

Возле самолета толпились шесть человек: чиновник паспортного контроля, носильщик, Гомес, Клингер, его подруга и еще один мужчина, помогавший загружать багаж. Носильщик был уверен, что шестой человек приехал с Клингером, а Клингер и его подруга приняли его за служащего аэропорта. Пилот уже сидел в кабине и не мог ничего слышать, таксист скрылся в кустах в двадцати ярдах от самолета.

– Дорогой, это ужасно, – сказала хористка. – Мы должны помочь человеку.

– Хорошо, – согласился Клингер. – Если только из‑за него не задержится вылет.

Чиновник быстро проштемпелевал все три паспорта, грузовой отсек закрыли, три пассажира поднялись на борт самолета, пилот форсировал оба двигателя, и через три минуты «Навахо» поднялся с Саншайна и взял курс на Ки‑Уэст. До него было семьдесят минут полета.

* * *

– Дорогие друзья, – начал сэр Марстон Моберли, – надеюсь, я могу называть вас друзьями, – прошу вас, попытайтесь понять позицию правительства ее величества. В настоящее время референдум был бы крайне нежелателен. С организационной точки зрения провести референдум очень сложно, почти невозможно.

Не научившись покровительственному тону, сэр Марстон не стал бы одним из ведущих дипломатов Содружества и не смог бы удерживаться на высоких дипломатических постах.

– Объясните нам, пожалуйста, – загудел Дрейк, – чем референдум сложнее всеобщих выборов. Мы хотим, чтобы за нами осталось право решать, нужны ли нам вообще эти выборы.

Объяснение было очень простым, но оглашать его было нельзя. За референдум пришлось бы платить британскому правительству, тогда как избирательная кампания оплачивалась самими кандидатами, хотя сэр Марстон не интересовался, из каких источников брались и как использовались эти деньги. Он сменил тему.

– Раз вы так настроены, скажите, почему бы вам не выставить свою кандидатуру на пост премьер‑министра? Если верить вашим словам, то вы должны победить.

Семь членов делегации были явно сбиты с толку, а его преподобие Дрейк ткнул толстым пальцем в грудь губернатора:

– Губернатор, вы сами отлично знаете, почему.