Харкорт встал и с трудом вылез из экипажа.

– Эдгар, отвези мисс Боннвайвер в отель, – коротко приказал он.

Резкие слова вернули Линн к реальности, она сразу же забыла о своем негодовании и гневе. Она е испортила!

– Сэр? – вопросительно произнес возничий, явно очень удивленный.

– Харкорт, подождите, мы можем…

– Отвезите мисс Боннвайвер обратно в отель, – повторил Проскауд возничему, совершенно не обращая внимания на Линн. – Уезжай, Эдгар.

Возничий стегнул лошадей, экипаж покатился. Линн обернулась, чтобы взглянуть на Харкорта. Боже, что она наделала! Белль рассердится, необходимо придумать способ хоть как-то успокоить его.

– Харкорт, я…

Но он уже убегал в противоположном направлении.

– Ах ты, черт, – Линн плюхнулась на сиденье. -Теперь Белль точно ошалеет.

Вернувшись в отель, Линн постаралась выкинуть из головы эпизод с Харкортом Проскаудом, но чем больше старалась не думать об этом, тем больше это ее беспокоило. К середине вечера Линн полностью извела себя и поняла, что у нее нет другого выхода, как попытаться связаться с Белль и объяснить, что произошло. Она поморщилась от такой перспективы, но дело должно быть сделано. Все равно нужно убедиться, что с Белль все в порядке. Так как Линн понятия не имела, как добраться до Белль, она надела амазонку, теплый жакет убережет от прохладного ночного воздуха, а серый цвет платья поможет раствориться в темноте. У входа в отель швейцар с недоумением посмотрел на Линн, когда она попросила для себя экипаж, но беспрекословно исполнил просьбу.

Спустя полчаса экипаж, приблизился к воротам «Шедоуз Нуар».

– Остановите здесь, пожалуйста. Возничий натянул вожжи, и экипаж остановился.

Линн подала золотую пятидолларовую монету и вылезла из экипажа. Ступив на землю, обернулась получить сдачу, но вместо сдачи в лицо полетели комья грязи и пыль из-под колес стремительно покатившегося по дороге экипажа.

– Ах ты негодяй! – возмутилась Линн, глядя вслед. Отряхнувшись, направилась по дороге к дому, стараясь держаться поближе к тонувшим во мраке обочинам. Луна низко висела на небе, огромное черное пространство было усыпано мерцающими звездами, а тишину время от времени нарушали крики совы.

Вдруг до ушей донесся еле различимый шорох, за которым послышалось ржание лошади.

Линн быстро спряталась за дубом и прижалась к толстому стволу огромного дерева. Она едва осмеливалась дышать и молилась, чтобы приближающийся всадник ее не заметил.

– Тихо, – прошептал мужчина, склоняясь над лошадью и поглаживая ее.

Конь фыркнул.

– Вот и хорошо. Еще чуть-чуть, и нас здесь не будет.

Узнав голос, Линн, явно озадаченная, выглянула из-за дерева. Тереза и Джей поженились только сегодня днем. Тогда почему жених в первую брачную ночь убегает тайком и в одиночестве?

Как только Джей скрылся из виду, Линн продолжила путь к дому. Она выбросила из головы тайное бегство Джея, у нее и так забот полон рот.

Например, как пробраться к Белль? Дойдя до дома, она снова остановилась и посмотрела на второй этаж. Окна-двери в спальне Трекстона открыты. Линн чуть не застонала. Ну как рискнуть подняться по боковой лестнице и пройти мимо открытых дверей его комнаты? Но другого пути добраться до комнаты Белль нет. – Проклятие какое-то, – выругалась Линн, ставя ногу на землю, покрытую густой сочной травой. Через парадный вход путь тоже закрыт. И через черный. Ну как же проникнуть туда?

Она посмотрела на светящееся окно комнаты Белль, затем взгляд упал на увитую жасмином решетку между первым этажом и галереей второго, находившуюся как раз напротив комнаты Белль.

– О нет.