За последние восемь лет Белль оказалась единственной женщиной, благодаря которой Трекстон испытал чувство, умершее в нем, как он считал, навсегда, чувство, которое убила Джульетта. И теперь эта женщина собирается выйти замуж за Трейса, поэтому Трекстон не может и не должен возвращаться в «Шедоуз Нуар». Он не может доверять самому себе, когда она рядом. Ни сейчас, ни вообще никогда. Когда она поблизости, его охватывает единственное желание – стиснуть ее в объятиях, прижаться губами к ее рту, сорвать одежду и заняться любовью.

В его теле вновь вспыхнуло желание, Трекстон выругался про себя и рывком распахнул дверь. Та с грохотом ударилась о стену. Спотыкаясь, он заковылял по коридору к лестнице.

Пропади все пропадом. Ни к чему такие мучения. Не нужно ему это, он этого не хочет, и, черт возьми, не собирается терпеть. Мать, при желании, может приехать к нему в Техас, или он сам приедет, остановится в «Сент-Луи», но сюда не вернется никогда. Трекстон никогда больше не вернется в Шедоуз Нуар. Не сможет сделать этого из-за Трейса.

Глава 27

Наконец страх за сестру побудил Белль к действию. Она сняла с крючка у двери плащ, набросила его на плечи и вышла из номера. И зачем только ждала так долго?

Белль торопливо спустилась по широкой лестнице отеля. Вестибюль наводнили толпы мужчин, громко и горячо обсуждая войну, которая, они не сомневались, вот-вот должна начаться. Под высоким куполообразным из разноцветного стекла потолком витали облака сигаретного дыма, а в воздухе повис тяжелый запах алкоголя. Белль пробила себе путь сквозь толпу и с облегчением вздохнула, обнаружив швейцара на своем посту у двери.

– Мне нужна карета, – задыхаясь, проговорила она.

Тот кивнул и посмотрел по сторонам, но кареты нигде не было видно. Швейцар снова взглянул на Белль.

– Я пошлю одного из посыльных приготовить для вас экипаж отеля, мисс. Вы можете подождать?

– Да, я подожду, – Белль начала расхаживать по тротуару.

Спустя десять минут подкатил экипаж и остановился перед входом, из него выпрыгнул посыльный. Белль с надеждой взглянула на швейцара, и тот жестом указал ей на экипаж.

– У меня нет никого, кто бы мог отвезти вас, мисс, – извиняющимся тоном произнес он.

Белль кивнула.

– Я справлюсь сама, – она оперлась на руку швейцара, и тот помог ей сесть в экипаж. – Благодарю вас, – девушка взяла вожжи и стегнула по крупу лошади. Та побежала рысью. Улицы были практически пустынны, через несколько минут она выехала за пределы города и быстро покатила по Ривер-роуд, которая освещалась только бледным светом луны.

Куда ушел отец? Белль задавала себе этот вопрос с того момента, как пришла в тюрьму, но так до сих пор и не нашла ответа. Она не сомневалась, что в Натчез он не вернется. Если власти решат, что его необходимо вернуть в тюрьму, то прежде всего будут искать в Натчезе и на плантации Сорбонтэ, и отцу это отлично известно. Куда же он мог пойти?

Вдруг Белль подумала, что знает ответ.