И что, взять все это оборвать своим неожиданным появлением? Он-то давно мечтает вернуться в сказку, где не нужно будет катиться дальше пятой страницы. Но вдруг старики хотят пожить как люди. По-настоящему. Может им давно обрыдло вечное лето.

Колобок повернулся спиной и медленно покатился по тропинке. Он, конечно. зачерствел душой и телом, но не настолько. Отложим сказку еще на год. Максимум два.

Вот, говорят, на Байкале летом багульник цветет, превращая окрестости в сахарную вату. Розовое все и пушистое. А в августе пробиваются цветки белозора, смотришь ночью — красота: звезды в небе, звезды в озере, да еще и по берегу, россыпью… Как раз можно успеть, если прямо сейчас покатиться. А на зимовку потом в Африку. Там ведь крокодилы, бегемоты, носороги и жирафы. Опять же, царь зверей — лев. Есть от кого уходить!

А ты спи, лисичка, спи. Набирайся сил. Следующая песенка-то еще длиннее будет…

…А имей сто врагов

Шарик солнца. Мягкий. Текучий… Словно масло на булочке. Как же она тут называется? Ах да, бриошь. Пища богов: Луи и Огюста.

Да-да, наш оператор тоже переспросил: кого? Братьев Люмьер, бестолочь! Людей, которые дали тебе в руки эту чудо-камеру… Что? Сам взял под роспись на Мосфильме? А, ну тогда конечно. Хотя за то, чем мы здесь занимаемся, великие французы прокляли бы всю съемочную группу. Днем возле Нотр-Дам десять дублей рекламы презервативов. Вечером у Эйфелевой башни — халтурка, клип восходящей поп-звезды. Высокая такая, волосы каштановые, юбка короче некуда. К счастью, никто не запомнил, как зовут. Но шлягер привязался, аж до тошноты!

И в таком же духе минут пять. Ладно, это мелочи. Можно и потерпеть. Тем более что заказчик рекламы и любовник певицы, — оказалось, что это один человек, — выдал мне три тысячи евро. Поеду в Монте-Карло. Азартом заряжусь. Эмоциями. Давно пора вырваться из круга безликих шабашек. Напишу искрометный сценарий, сниму блокбастер. Сколько можно ходить в статусе «подающий надежды», пора уже замахнуться на большое кино.

Хочешь сюжет позабористей, иди в казино. Они на Лазурном берегу настолько радушны, что днем сюда пускают даже в шортах. Одноруким бандитам на дресс-код плевать, они раздевают не только тех, кто в смокингах и вечерних платьях. А уж за столом рулетки коленок и вовсе не видно.

Оревуар подкрался незаметно. Оказалось, все нажитое непосильным трудом можно проиграть за час. Даже быстрее. Прав был Ницше, хоть и немец. Двух вещей хочет настоящий мужчина: опасностей и игры. И обе доведут до цугундера, ага… Хорошо еще гостиницу заранее оплатил, не придется под мостом ночевать. Но как назло, без завтраков и обедов. Ницше в такой беде вряд ли поможет. Вот Ильф и Петров — это люди. Заранее подготовили к щекотливой ситуации: «мсье, же не манж па сис жур»! Пригодится в цветниках Монте-Карло. Или на пристани, среди носатых яхт. Там же сплошные миллионеры.

О, один из них как раз вышел на палубу. В халате и капитанской фуражке. Аппетит нагуливает. Почесывается, зевает сладко. Спал, поди, буржуй. Средь бела дня! Ну, что ж, завидовать будем. Молча. Вряд ли этот тип поймет мой французский, я даже название кораблика без словаря прочесть не смогу. «Une centaine d’ennemis». Заглянем в приложение. Ага… «Сто врагов», значит. Неожиданно. Назвал бы свою плавучую усадьбу в честь жены или, что более вероятно, любовницы — вопросов бы не было. А так вдруг появились…

Вот только как их задать?

Видимо, я слишком пристально разглядывал миллионера. Тот поймал любопытный взгляд, моментально перестал жмуриться и насвистывать. Втянул брюшко (как смог), расправил плечи. Да и говорит человеческим голосом:

— Готов поспорить, вы из России.