Дастин усмехнулся, поставил чашку на столик и, обняв Николь, притянул ее к себе.

— Твой отец прав: ты — нахальная девчонка, — сказал он, зарываясь лицом в волосы Николь.

— Благодарю вас, сэр. — Она теснее прижалась к Дастину, наслаждаясь редкими минутами уединения. — В устах мужчины, от одной улыбки которого женщины падают в обморок, этот комплимент не имеет цены.

— Падают в обморок? О Боже! — расхохотался Дастин. — Похоже, ты говорила с Арианой!

— Говорила, но она лишь отметила перемены, которые видит в тебе. Мы не касались твоего прошлого.

— Что толку говорить о прошлом? — тихо сказал Дастин. — Ты мое настоящее и будущее. Я изменился и чувствую это. Подожди — и сама убедишься. Я собираюсь стать самым примерным мужем во всей Англии, а может быть, и в мире. О, я не остановлюсь ни перед чем, пока не докажу тебе свою преданность.

— Так не откладывайте, милорд. Я с нетерпением жду доказательств.

Дастин вздохнул и только крепче обнял Николь.

— Господи, Николь, как же долго мы не были вдвоем!

В ответ на эти слова Николь затрепетала, но заставила себя ответить почти безразличным тоном:

— Одиннадцать дней, милорд.

— Целая вечность! — воскликнул Дастин, покусывая ухо Николь. — Дерби, если я в ближайшее время не смогу насладиться близостью с тобой, то сойду с ума!

Николь тихонько засмеялась:

— Дастин, прошу тебя! Папа и Салли на кухне. Если они нас услышат…

— Они не услышат, — безмятежно ответил Дастин. — Салливан приехал менее двух часов назад. Они не виделись с твоим отцом две недели и делятся новостями, не обращая на нас ни малейшего внимания. — Рука Дастина скользнула к груди Николь. — Позволь мне только дотронуться для тебя.

Обреченно вздохнув, Николь придвинулась ближе и до боли закусила губу, так как пальцы Дастина принялись поглаживать ее отвердевшие соски.

— Мне нравится, как ты реагируешь на мои ласки, — прошептал Дастин, не прекращая своих движений.

И вновь иглы блаженства стали покалывать тело Николь, ее лоно увлажнилось. Дастин глухо застонал, задышал прерывисто, отчего Николь совершенно расслабилась, готовая принять его. — Я почти чувствую, как ты смыкаешь ноги у меня на спине.

— Дастин… — Николь приникла головой к его плечу. — Не надо.

— Не надо? Не надо касаться тебя? Или говорить о том, до чего восхитительно ощущать себя в тебе, такой горячей и влажной.

Николь начала задыхаться.

— Замолчи! Это невыносимо…

— Подожди немножко, любимая. Я буду говорить тебе такие вещи, что ты себе и представить не можешь. — Повернув Николь к себе лицом, Дастин приподнял ее голову и заглянул в глаза. — И не вздумай помышлять о спасении души в первый месяц нашей супружеской жизни, потому что я намерен все это время заниматься с тобой любовью. И это будет только пролог. Перепробовав все существующие способы любви, мы станем изобретать новые.

— Кажется, я умру от нетерпения, — призналась Николь, обнимая Дастина за шею.

— Я тоже, — сказал Дастин и приник к губам Николь. Их поцелуй прервал настойчивый стук в дверь.