— Д-да, — с трудом ответила она, потрясенная невероятной новостью. — Конечно, мои предложения требуют доработки. Это всего лишь гипотеза.

— Многие великие открытия начинались с того, что сперва их предполагали, — улыбнулся мистер Тейлор. — Мисс Александер, вы можете поехать в Египет под патронажем университета. Каков будет ваш ответ?

— Я не знаю. К таким важным решениям нужно подходить обдуманно.

— К сожалению, у вас для размышления очень мало времени. Договор был подписан и вступил в силу недавно, по срокам нам давно пора отправить студентов на места исследований. Поэтому буду признателен, если услышу ваш ответ завтра.

— Так скоро? — удивилась Джойс, затем поправилась: — Просто я хотела бы еще раз изучить материал по теме, подготовиться.

— Займетесь всем на месте. Вам предоставят любые сведения, причем более подробно.

— Тогда я, наверное, приду к вам завтра.

— Если честно, мисс Александер, меня удивляет ваше поведение, — укоризненно заметил ректор. — Куда подевался энтузиазм, восхваляемый вашим преподавателем? Или он преувеличивал, говоря о вас, или существует какая-то другая, неизвестная мне причина. В любом случае хорошенько подумайте. Такой шанс выпадает далеко не каждому. Всего хорошего.

— До свидания, мистер Тейлор. — Она поднялась и на ватных ногах добралась до выхода. Это происходит не со мной, говорила себе Джойс. Такой шанс! Вряд ли можно мечтать о чем-то большем начинающему ученому. Слова согласия и благодарности замерли на губах, готовые слететь с них незамедлительно. Но усилием воли она подавила желание решить свою судьбу. Мистер Тейлор верно подметил: оставалась неразрешенной одна, самая важная проблема.

Джойс вышла из кабинета со смешанными чувствами. С одной стороны, ей очень хотелось доказать себе, что можно создать интересный труд из самого заурядного дипломного исследования. Она всегда мечтала изучать языки, поэтому выбрала лингвистический факультет. И теперь вместо нудного штудирования полусотни книг мистер Тейлор предлагает настоящую научную работу, участие в процессе. Мертвый язык Древнего Египта неизменно привлекал внимание ученых. Но многие загадки по-прежнему не разгаданы, иероглифы требуют расшифровки. У нее в руках уникальная возможность показать себя, зарекомендовать, чтобы в будущем заниматься действительно интересными проектами, а не перелистыванием философских книг прошлого столетия. И пусть Маркус скептически относится к работе лингвиста, специалиста по древним языкам, и тайно лелеет мысль привязать невесту к домашнему очагу, едва отгремят звуки свадебных фанфар, Джойс строила совсем другие планы. Она хотела увидеть мир, далекие страны, о которых столько читала, посетить лучшие исторические музеи, познакомиться с известными учеными. Замужество не должно быть помехой.

Маркус Хатт — молодой финансовый директор в фирме своего отца — любил ее. Они идеально подходили друг другу. Джойс — взбалмошная, романтичная, порывистая, а он — рассудительный, осторожный, прагматичный. Их взаимопонимание нарушало лишь несерьезное отношение Маркуса к учебе невесты. По его искреннему убеждению, она пошла учиться на такую редкую специальность исключительно из соображений минимального конкурса. Он отказывался верить, что наука, да еще такая нудная, может увлечь молодую девушку. Зато сейчас настало время доказать ему обратное.

— Алло, Маркус? Ты занят сегодня во время обеда? — без обиняков спросила Джойс, едва жених снял трубку.

— Нет, у меня есть свободный час.

— Отлично. Давай встретимся в нашем кафе в Роксе.

— К чему такая спешка, радость моя? — заволновался Маркус.

— Дело касается нашей свадьбы, объясню, когда увидимся.