– Я не хотел этих обстоятельств! – Он побагровел. Его трясло от ярости. Он упал в кресло перед камином. – Райза, ты ведь говорила, что это ложь… о том, что он… что тебя…

– Папа, меня никто не насиловал.

– О Боже! Я думал, что вырастил порядочную благовоспитанную девушку. Да тебе даже это слово знать не полагается!

– Прошу тебя, отец…

– То есть ты хочешь сказать… что совершенно сознательно… сознательно… вступила в интимные отношения с этим мятежником?! – Неожиданно он замолчал. Райза поняла, что отец потрясен до глубины души. Он развел руками. – Но почему, почему? Я не могу понять… Как это случилось?

– Ну… в общем…

– Постой-постой! Не надо! Не хочу ничего слышать. Мне проще поверить в то, что он тебя принудил, заставил силой. Не могу себе представить, чтобы ты потеряла голову настолько… чтобы ты влюбилась в человека, который тебя похитил… жестоко с тобой обращался…

– Папа, подожди! Он не обращался со мной жестоко. И он, можно сказать, меня не похищал. Я оказалась на вражеской территории. И я случайно узнала о его планах. Я же ваша дочь, генерал, и, кроме того, юнионистка до мозга костей. Ему не оставалось ничего иного, только взять меня с собой на корабль. У него не было выбора.

– А как насчет того, чтобы… У него тоже не было выбора? О Господи! Ты же моя дочь, Райза! Моя любимая дочь! Неужели ты не понимаешь, как мне больно сознавать, что любой мужчина мог причинить тебе…

Райза опустилась на колени рядом с его креслом. Взяла его руки.

– Ты мой отец. Я тебя обожаю. Клянусь, никто меня не использовал. Никто не причинял мне вреда. Я сама не хотела… того, что произошло, но… я не знаю, как это объяснить… Видишь ли… война нас многого лишила… Я даже не знала, будет ли у меня когда-нибудь возможность… Конечно, надо было как следует подумать. Но я этого не сделала, и вот чем все кончилось. Еще раз клянусь, никто меня ни к чему не принуждал. Никто меня не обесчестил. И он не чудовище. Просто мятежник. – Она попыталась улыбнуться. – Теперь моя фамилия Маккензи.

Отец ответил ей яростным взглядом. Он молчал.

– Прошу тебя, папа… Я жду ребенка, поэтому замужество для меня – единственно возможный выход. Но я все равно осталась твоей преданной дочерью и такой же преданной янки.

Он коснулся ее щеки. Теперь взгляд его выражал глубокую печаль.

– А твой муж все равно остался мятежником-конфедератом. – Генерал глубоко вздохнул, покачал головой. – Дочка, неужели ты не понимаешь? Да я готов был рвать на себе все волосы, наблюдая за бездарными действиями Маклеллана. Любому ослу, если он хоть сколько-нибудь разбирается в военном деле, ясно, что южане нас переигрывают. Их генералы лучше маневрируют войсками. Но это не имеет значения. Сколько бы сражений они ни выиграли, в конце концов мы все равно окажемся победителями. А твой бесшабашный герой наверняка погибнет.

Мороз прошел у нее по коже. После венчания она ничего не слышала о Джероме. Тогда она изображала холодную неприступность. Однако что бы ни говорила, как бы холодно себя ни вела, Райза знала, что любит Джерома. Слова отца повергли ее в ужас. Джером действительно постоянно рискует жизнью. Янки могут особенно не трудиться. Им совсем не обязательно его убивать. Достаточно лишь потопить корабль. И еще она знала, что Джером не остановится, пока жив. Именно потому, что конфедераты в отчаянном положении.

– Отец, я ведь и о тебе тоже каждый день молюсь, чтобы тебя не убили. Единственное, что остается нам, женщинам, – молиться за своих мужчин.