— Мотоцикл! — не в силах сидеть, Иван Палыч взволновано мерил шагами комнату. — Теперь понимаю… Последняя его надежда! Все дороги нынче — его! И, знаете, все казачьи разъезды шпиона спокойно пропустят. Он же, наверняка, поедет под видом испытательного пробега… Ну, помните? Как тот убитый мотоциклист…

— И сразу — к линии фронта, — покивал Лаврентьев. — Хитёр. Или просто повезло — воспользовался тем, что имелось. Как бы то ни было, а надо ловить! Эх, жаль, у нас телеграф-то еще не везде… А дорог… это у нас мало, а чуть западнее — так полным-полно! И все хорошие, расчищенные! Кати — не хочу. А фронт — вот он, считай, что уже рядом.

Останавливаясь у окна, Иван Палыч угрюмо потер переносицу:

— Думаете, может уйти?

— Как говорят шулера — как карта ляжет, — хмыкнул пристав. — Может и уйти. А, может — и нет. Тут от везения много зависит. Ещё — от нашей расторопности. Разъезды мы организуем, народ известим… А дальше уж не только от нас зависит! Контрразведка пускай тоже пошевелится!

— Вот именно. Контрразведка…

Тяжко вздохнув, доктор глянул в окно… и присвистнул, увидев въезжающие во двор шикарные сани, запряженные двумя гнедыми. В гривы коней были вплетены праздничные разноцветные ленты — Рождество! — нарядно одетый кучер выглядел, как министр.

— Кажется, гости к нам, — повернулся доктор.

Пристав подкрутил усы:

— Да уж слышу! Каблуки по крыльцу стучат…

Послышались взволнованные женские голоса… в смотровую ворвалась Анна…

— Меня Вера Николаевна подвезла… Иван Палыч! Беда!

— Что? Что случилось? — доктор подскочил к возлюбленной, обнял за плечи. — Ты цела?

— Не со мной беда… Вот, Вера Николаевна расскажет…

Ростовцева выглядела взволнованной и бледной, даже фазанье перо на дорогой зимней шапке — и то как-то грустно поникло…

— Вера Николаевна! Садитесь, вот… Что с вами? Воды?

— Да, если можно…

Выпив полстакана, помещица, наконец, взяла себя в руки. И обратилась к Лаврентьеву:

— Очень хорошо, господин пристав, что и вы здесь! Понимаете, моя кузины, Ксения… Они с Юрой поехали кататься… На малых санях… У нас, за усадьбой. Там липовая роща! Так красиво… Ксения как раз приехала на Рождество. Должны были к обеду вернутся, но… уже скоро темно! В роще их нет… И, я даже не знаю…

— Отыщем! — заверил пристав. — Сейчас вернется урядник, он на коне… Отыщем!

— Да уж… — Ростовская горестно качнула головою. — Знать бы только, где искать…

* * *

Пристав делал свое дело уверенно и спокойно. По возвращению урядника, тот час отрядил его на село — собирать людей с санями. Ну, не пешком же по всей округе рыскать! Правда, и сани не все подойдут, волокуши, к примеру — ни к чёрту. Однако, убивали двух зайцев — искали и пропавших, и шпиона… Правда, нужно было поторапливаться — скоро вечер.

— Да, Прохор… Ты сообщил? — на пороге осведомился пристав.

— Всё сделал, как приказали, господин штабс-капитан! — урядник вытянулся, щёлкнув каблуками, и придержал шашку. — Обещали выехать тот час же!

— А, может, и я вам чем помогу? — дёрнулся было доктор.

— Ива-ан Палыч! Мы уж как-нибудь без вас… — уходя, Лаврентьев саркастически хмыкнул. — Займитесь вон, лучше, Верой Николаевной…

Уже начинало смеркаться, когда на околице показались световые полосы фар.