– Оказывается, у него деньги на уме,– медленно сказала они.

– Вы хорошо его знали?

– Старину Джека? Слишком хорошо.

– Как вы думаете, он исполнит свою угрозу, если ему не заплатят?

Сесиль нервно вздохнула и вынула из пачки сигарету.

– Думаю, да. Сколько это будет в английских деньгах – двести тысяч?

Шейн объяснил. Сесиль закурила сигарету.

– По нынешним ценам – не так уж много,– с деланной небрежностью сказала она.

– Вы получили деньги от Дессау?

– Не понимаю, о чем вы говорите. Вы что, следили за нами от самого мотеля?

– Я ехал за вами, но не заметил, чтобы деньги переходили из рук в руки. Похоже, вы не получили ни цента.

– Ваша правда,– Сесиль выпрямилась.– Мистер Шейн, я собираюсь объяснить вам, как я попала в эту историю. Дессау позвонил мне – кстати, тоже крыса, та еще крыса, поверьте,– позвонил и сказал, что папа украл ядерную бомбу. Я чуть язык не проглотила от удивления. На папу это совсем не похоже,– ее лицо омрачилось.– Впрочем, у него теперь не спросишь.

– Кто вам сказал, что он умер?

– Пьер. Он сказал, что вы убили его ножом, в драке. Не пойму, как вы могли…

– Значит, до сегодняшнего дня вы ничего не знали о бомбе?

– Конечно, не знала. Я бы не позволила папе… А потом еще Джек. Не знаю, как ему удалось, но он смог… он вытащил эту штуку из папиного «бентли».

Она посмотрела на своих слушателей, оценивая впечатление, произведенное ее словами. Однако каждому из них на своем веку пришлось выслушать немало историй. Их лица оставались холодными и бесстрастными.

– Дессау хотел узнать, что я думаю по поводу бомбы,– продолжала она.– Я сказала ему, и Джеку я говорила то же самое: давайте первым делом уберем ее с теплохода, а затем либо взорвем, либо похороним навеки. В конце концов мы решили спрятать ее в мусорном контейнере и отправить в печь вместе с остальным мусором. Я знаю, плутоний нельзя сжечь, но что бы там от нее ни осталось – все попало бы на свалку.

– Вам не приходило в голову, что ее можно продать? – спросил Шейн.

Сесиль широко раскрыла глаза.

– Но вы же не можете поместить в газете объявление: «Продается одна атомная бомба, в хорошем состоянии»? Вот и я не могу. Дессау, правда, заговаривал на эту тему, но я сказала ему напрямик: «За кого вы меня принимаете, Пьер, за махровую реакционерку?»

– Джек стоит на тех же политических позициях, что и вы?

– Он еще левее! Он против всех правительств на свете. В дверь постучали, и в комнату вошел доктор Мэншип.

– Вы хотели знать, что было в бензобаке,– сказал он.

– Да,– ответил Шейн.

– Крышка была отрезана дважды, и во второй раз приварена крайне небрежно – не по периметру, а в нескольких местах. Внутри находится свинцовая оболочка двухдюймовой толщины. Больше ничего.

– Вот,– заметила Сесиль.– Типичная крыса, я же говорила.

– Это означает, что на борту «Куин Элизабет» действительно находится ядерная бомба,– вмешался Кроули.– Чего же мы ждем?

– Каков приблизительный радиус зоны поражения? – спросил Шейн.

– Четверть мили, возможно,– если взорвать на палубе. Если внутри судна, то меньше.

– Можно спросить? – Сесиль напряженно приподнялась со стула.– На каком расстоянии оттуда мы находимся?

– Примерно одна восьмая мили,– сказал Шейн.