Не помыться хотел лейтенант, а выспаться. Пеллаэон не стал поправлять подчиненного.

— Благодарю вас, сэр, — Маврон откровенно обрадовался возможности сбежать. — Через час рапорт будет у вас на столе.

— Великолепно, — кивнул ему капитан. — Можете идти.

Он подождал, пока Маврон выйдет и дверь снова закроется, и лишь потом заговорил.

— Это какой-то трюк, адмирал. Иначе и быть не может.

Пришлось приложить героическое усилие, чтобы вернуться в рамки реальности от того страшного дня на верфях Билбринги. Дня, когда окончательно и бесповоротно скончалась Империя. То, что Республика не смогла сделать открыто, она совершила тайком, ударив из-за спины.

— Да, — пробормотал Пеллаэон. — А если нет? Вдруг он все-таки жив?

— Но в таком случае… — молодой офицер не договорил, неуверенно переплел пальцы; наверное, чтобы скрыть дрожь.

— Точно, — кивнул Пеллаэон. — Когда тактический гений Трауна мог принести нам пользу… когда? Пять лет назад? Семь? Десять? Что он может сделать сейчас? Только заставить Новую Республику броситься на нас в атаку, размахивая оружием. Все.

— Ну, не знаю, сэр, — Ардифф помолчал. — Но ведь вы совсем не об этом сейчас думаете.

Гилад посмотрел на собственные руки — руки уже далеко не молодого человека, покореженные возрастом, темные от солнечного света тысяч различных миров.

— Я провел с Трауном больше года, — негромко сказал Пеллаэон. — Я был старшим офицером его флота, его учеником… — он замешкался. — Пожалуй, даже его поверенным. Я не уверен. Суть в том, что он выбрал нас с «Химерой», когда вернулся из Неизведанных регионов. И его решение не было случайным. Он выбрал нас.

— Да, Траун никогда и ничего не делал случайно, — согласился Ардифф. — Следовательно, если он вернулся, то…

— То на этот раз выбрал кого-то еще, — закончил за юного капитана Гилад, пытаясь не обращать на острую боль в груди. — И на это у него было совсем немного причин.

— Положение отметаем, — твердо заявил Ардифф. — В конце концов, вы — главнокомандующий. И, определенно, дело не в опыте. Что остается?

— Должность полагаю, — адмирал постучал пальцем по персональной деке, оставленной разведчиком. — Предложение мирных переговоров было моей идеей. Я ее высказал, из-за нее спорил, и именно я вбил ее в головы нашим моффам. Кстати, особенно громко и возмущенно со мной спорил мофф Дисра. Губернатор Бастиона. Совпадение?

Некоторое время капитан Ардифф молчал.

— Ладно, — наконец сдался он. — Даже если мы дадим кредит доверия всей этой чепухе — а я в нее верить не собираюсь, так и знайте, — зачем же посылать на нас пиратов или наемников? Почему бы попросту не явиться сюда и напрямую приказать вам забыть об идее мирного договора?

— Я не знаю, — отчаянно сказал Пеллаэон. — Возможно, Траун не хочет, чтобы я ее забыл. Возможно, он хочет, чтобы я именно договором и занимался. Либо по какой-то причине ему нужно, чтобы я побеседовал с Гармом Бел Иблисом, либо…

Он усмехнулся.

— Либо не путался у Трауна под ногами. Не вмешивался в то, что он там планирует.

На этот раз молчание болезненно затянулось.

— Не верю, что он так мог с вами поступить, — запальчиво произнес капитан, но без должной уверенности. — Он же был вашим другом, сэр! После всего, что вы вместе пережили…

— Вы и в это не верите, — осадил Ардиффа адмирал.