Что в переводе означало: Соло заявил Карибу, что никуда не полетит до завтрашнего утра, а чем он это объяснил — лучше и не пытаться гадать.

— Спасибо, — сказала Лейя, благодарно сжав его руку, и снова улыбнулась. На этот раз улыбка вышла почти искренней.

— Это не совсем то, на что мы рассчитывали, — сказал Хэн — Но все же лучше, чем ничего, правда?

— Много лучше, — заверила его Лейя. — Ты думаешь, все проблемы могут подождать до поздней ночи?

— Не знаю, — честно ответил Хэн, поднимаясь на ноги и галантно предлагая ей руку в лучших традициях придворного этикета Алдераана, что случалось с ним нечасто. — Но мне почему-то кажется, что им придется обождать.

Ландо Калриссиан прислонился спиной к задней стене галереи и улыбнулся — он тоже предвкушал, но предвкушал по-своему.

Когда они с Тендрой Рисант впервые выдвинули проект подводных рудных разработок, ее семья, мягко говоря, не воспылала энтузиазмом. Но когда Ландо предложил построить еще и галерею, с которой почтеннейшая публика сможет за определенную плату любоваться зрелищем через толстый слой транспаристила, — родственники Тендры не стали скрывать глубочайшего скепсиса. «Это же смешно, — говорили они, — кто станет платить деньги за то, чтобы смотреть на добычу руды, даже в таком, по общему мнению, необычном месте, как океанское дно на планете Варн». Но Тендра поддержала Калриссиана, и финансисты ее семейства, поворчав и поломавшись, все же соизволили выделить дополнительные средства на постройку развлекательного комплекса. Так что теперь Ландо с особым удовольствием любовался галереей, до отказа набитой публикой, которая с нетерпением ожидала представления.

Подводные факелы потухли окончательно. Теперь скала лишь чуть темнела на фоне толщи океанских вод. Тишину нарушил лишь чей-то шепот на ушко другу…

На скале замерцал одинокий сине-зеленый огонек. Он вытягивался, ветвился, и вот уже вся скала покрылась тонкой дрожащей паутиной сине-зеленого пламени. Словно живое существо, корчащееся в предсмертных муках…

И вдруг скала вспыхнула ослепительным разноцветным искрящимся фейерверком, выпустила суетливую толпу пузырей — и рухнула грудой щебня.

В толпе кто-то ахнул. Подводные факелы снова начали разгораться, зрители от души зааплодировали. Включилось освещение и на галерее. Возбужденно обмениваясь впечатлениями, публика потянулась обратно в казино. Ландо стоял у дверей в ожидании, пока все уйдут, вежливо улыбался, принимал комплименты, отвечал на вопросы, которые, как всегда, колебались от заумных до банальных, и, когда последняя парочка дуро покинула галерею, установил механизм дверей на свободный доступ. По расписанию горняки должны были взорвать сегодня еще одну скалу, но до тех пор любой желающий сможет совершенно бесплатно пройти на галерею и полюбоваться видом.

Ландо неторопливо шел по коридору к Тралус-залу, когда запищал комлинк.

— Калриссиан.

— Вас вызывают на связь, — объявил старший помощник Доннервин. — Передача закодирована и адресована вам лично.

— Я приму вызов у себя в кабинете, — ответил Ландо, отключил комлинк и зашагал в сторону офиса.

Должно быть, это Тендра, думал он. Наверное, наконец-то закруглилась со своей поездкой на Кореллию и звонит, чтобы сказать, что возвращается. А может, сенатор Миатамия или еще кто-нибудь из чиновников Диамалы — сообщить новости о том, как продвигаются дела с организацией охраны перевозок руды, о которой Ландо пытался с ними договориться.