До парня по имени Джон постепенно дошло, что все присутствующие глазеют на него. Дел заметил, что он вроде как не в себе. На мгновение Джон закрыл лицо руками. Затем повернулся, подошел к матери.

В тишине стало слышно, как скрежещут ее зубы. Парень взял неподвижную руку матери и удерживал ее во время очередного припадка конвульсий.

– Мама, все будет хорошо, – тихо проговорил он. – Все будет в порядке, мама.

Дел вышел из лавки, поискал глазами льняное платье телесного цвета и светлые волосы. И вскоре заметил девушку. Она медленно брела в тень. Он нагнал ее. Губы у нее начали распухать. Она посмотрела на него совершенно мертвыми глазами.

– Тут всякий потеряет голову, когда с мамашей беда, – произнес Дел.

– Спасибо за помощь, друг мой.

– Он ваш муж?

– Вроде бы да.

– Не судите его слишком строго. Некоторые парни поздно взрослеют.

– Жду не дождусь, когда же это, наконец, случится, мистер...

– Дел Бен... сон.

– А я Линда Герролд. Спасибо за заботу. От Джона толку было мало.

К ним присоединилась девица в желтом платье:

– Привет, ребята! Между прочим, меня зовут Бетти Муни. Пытаюсь вспомнить, чему меня учили, – в этих учебниках по сестринскому делу столько всего понаписано! Детка, удар был неслабый, но пусть это тебя не огорчает.

– Мисс Муни, это миссис Герролд. А я – Дел Бенсон. Вспомнили что-нибудь из своих учебников?

– Слово забыла. Что-то вроде кровоизлияния в мозг.

– Церебральное? – подсказала Линда.

– Точно, детка, именно церебральное! Вроде удара. И если я права, вы почти ничем не можете ей помочь, остается только ждать – вдруг она сама поправится. Такие больные вроде как впадают в кому, приходится давать внутривенно глюкозу и все такое, и их поддерживают на плаву, пока они либо не отбросят копыта, либо не очнутся. И во многих случаях для них же лучше, если они отбрасывают коньки, потому что после такого классного приступа приходят в себя чаще всего парализованными.

– Спасибо большое, мисс Муни.

– Детка, я могу и ошибаться.

Линда вздохнула:

– Я лучше вернусь и дам ему шанс снова ударить меня. Может, от этого ему полегчает. – Она повернула назад, к магазину.

Бетти смотрела ей вслед.

– Девчонка что надо, мистер Бенсон.

– Красоточка, и храбрости ей, видно, не занимать.

– Если бы меня так припечатали, я бы всю эту вонючую лавчонку перевернула! – Бетти покосилась на него. Они были почти одного роста. – Как жизнь, Бенсон?

– Нормально, Муни. А где твой папик?

Губы ее скривились в презрительной усмешке.

– Хочешь сказать, где старый нытик? Сидит на дороге и гадает, не укусить ли самого себя, чтобы умереть от заражения.

– Такие, как он, скисают, когда устают.

– А такие, как ты?

– Я пока не устал.

– Должно быть, Бенсон, мы с тобой в детстве ходили в одну школу.

Он широко ухмыльнулся. Мозг у него работал как часы. Он просчитывал для себя все варианты. Припадок старухи может оказаться на руку. Можно поиграть с тремя машинами: машиной Герролдов, «кадиллаком», на котором путешествовала эта девчонка Муни, и «хамбером», который он угнал у тореадора. Может, стоит ввязаться в игру? Парень с девчонкой, пусть даже с такой шлюхой, выглядит лучше, чем одинокий парень. А может, получится и так, что Бетти Муни подбросит его в Матаморос на черном «бьюике»? Насколько можно судить, дружку Бетти так же не терпится избавиться от нее, как ей не терпится от него улизнуть.