– Будешь блеять в Харлингене? – спросила Рики у сестры.

– Не-а, я надерусь как следует и в Денвере буду мычать, как корова, – захихикала та.

– Ха-ха, как смешно, – желчно проговорил Фил.

– Вот в чем его проблема. Нет чувства юмора. Старая матушка Деккер.

– Нет, старушка Фил. Нравится? Старушка Фил полезла в горку, но получила... м-м-м...

– Только порку.

– И засопела в дырку.

– Эй, здесь должна быть рифма, – запротестовала Рики.

– Ну, что еще придумаете? – поинтересовался Фил.

– Может, не засопела, а захрапела? – предложила Ники.

– Попробуй «ухмыльнулась». Тогда получится рифма. Ухмылка – бутылка. Кстати, о бутылке. Матушка Деккер, как насчет еще одной?

– Еще бутылочка – и нам всем троим придется ехать на заднем сиденье. Или предпочитаете, чтобы я шел пешком и толкал перед собой машину? Да еще в этом захолустье!

Ники выглянула из окна и с благоговейным страхом произнесла:

– Богом забытое место!

– Запиши слова, – посоветовал Фил. – Пригодится для экспромтов. Мы используем эту фразу в номере «Метель». Ну, помните? Пустая закусочная. Замерзшая толпа. Ники спрашивает: «Это что, гнездо стервятника?» – и вот так хлопает глазами. Нет, пожалуй, не станем впутывать Бога. Скажем – «место, забытое Дракулой». Может, он что-то здесь забыл или потерял.

– А может, пройтись насчет жратвы в какой-нибудь закусочной? – предложила Рики. – Или это слишком грубо?

– Да, грубо. Надо как-то отшлифовать. Но все равно шуточка пригодится.

Чтобы защититься от палящего солнца, они подняли верх машины. Заднее стекло опустили. На переднее сиденье переместилась пара длинных, стройных ног, облаченных в красные сандалии.

– Сзади становится скучновато, – заявила Ники. – Девчонка, которая там сидит, думает, что похожа на меня. – Она уперлась ногами в отделение для перчаток.

– Эй, что с вами творится? – спросил Фил.

– Много денег не зарабатываем, зато веселимся до упаду.

Фил посмотрел в зеркальце заднего вида. Рики растянулась на сиденье и, судя по всему, собралась вздремнуть. Ники, рядом с ним, смотрела прямо перед собой на дорогу. Лицо ее ничего не выражало. Волосы у обеих сестер были собраны в пучки и перевязаны красными лентами в тон сандалиям.

– В Нью-Йорке мы сразим их наповал.

– Конечно, Фил.

– Ты волнуешься?

– Умом нисколько, ягненочек. Я совершенно уверена в себе.

Пришлось ему довольствоваться таким объяснением. И все же эта парочка не давала ему покоя. Каким-то образом он утратил над ними контроль, причем совсем недавно. У них что-то на уме, но пока они ему об этом не говорят. Мысленно он скрестил пальцы. Вот рядом с ним двести сорок фунтов женского таланта, пышущего здоровьем и энергией. Этого достаточно, чтобы заподозрить неладное. Сколько можно полагаться на случай, на удачу? Наверное, тебе слишком везло в жизни, парень. Один телефонный звоночек Солу, и «Трио Деккер» будет выступать на Бурбон-стрит, пока Дьюи не станет демократом. Может, так и надо? Довольствоваться малым? Забудь свои мечты о фотографиях близнецов на обложке «Лайф».

Километры пролетали незаметно; шины шуршали по шоссе. Дорога пошла в гору. Фил нажал на тормоза, и они остановились за голубым «кадиллаком». Вереница легковых и грузовых машин тянулась вниз, к подножию холма, к берегу реки.