— Иными словами, вы ищете человека, который, возможно, пребывал здесь, а затем отправился вершить свои страшные дела.

— Примерно так.

— Психопат, страдающий манией величия. Некто со склонностью к насилию, верно?

— Да.

Элисон нахмурилась. Брэд заметил, что, даже хмурясь, она словно не перестает улыбаться.

— За последние семь лет здесь столько людей побывало. Сотни. Большинство остаются на полгода, некоторые — дольше. Немало и тех, кто находится тут с открытия центра. И лишь семь-восемь человек, по моим наблюдениям, когда-либо выказывали склонность к насилию.

— А как насчет тех, кто, возможно, обнаруживал признаки рецидива? — спросила Ники.

— Вот-вот. Проверка у нас, естественно, дело добровольное, а болезнь тем временем может развиваться. Трудно что-либо предсказать без… — она прищурилась и повернулась к Брэду, глаза ее сияли, — расследовательской работы, а? Думаю, вам небезынтересно будет познакомиться с Рауди.

— С кем, извините? Рауди?

Элисон встала. Она была явно довольна пришедшей ей в голову мыслью.

— Ну конечно! Рауди — один из наших обитателей. Настоящий детектив. И он здесь с самого начала. Помнит все и обо всех когда-либо входивших в эти ворота.

Ники поймала взгляд напарника и кивнула:

— Что же, звучит многообещающе.

Брэд не был так уверен, ведь Элисон явно хотела извлечь психотерапевтическую выгоду для своих подопечных, а не заняться раскрытием преступления. Но вреда от такого знакомства он тоже не видел.

— Или даже лучше — познакомлю вас с Райской Птичкой, — продолжила Элисон, увлеченная таким поворотом дела.

— Райской Птичкой?

— Ну да. Если повезет, она может даже поговорить с вами. О, друзья мои, это случай особый. Она видит то, что мало кто замечает. — Элисон направилась в сторону овального здания, то и дело оборачиваясь по дороге. — Они вам понравятся, обещаю. Только не говорите, что я не предупреждала.

ГЛАВА 6

Святилище, как аттестовала Элисон помещение, где собирались обитатели центра, представляло собой нечто вроде атриума с диванами, мягкими стульями, автоматами с бутербродами и закусками, натюрмортами на одной стене и двумя плоскими плазменными телевизорами. По периметру большого зала были расставлены круглые столы с деревянными стульями вокруг них. Завершали обстановку большой газовый камин, никогда, по словам Элисон, по-настоящему не нагревавшийся, и две полки с закусками.

В дальнем углу знак над арочной дверью указывал, что рядом расположено кафе. Напротив начинался коридор, ведущий в противоположный конец здания. Прилегающий к нему блестящий на солнце пруд с рыбами был для безопасности обитателей центра огорожен.

В большой комнате собралось человек десять — кто слонялся возле столов, кто стоял около телевизоров (на обоих показывали повторы «Я люблю Люси»), кто разглядывал содержимое полок с едой. При появлении Брэда и Ники половина обернулись, остальные были слишком погружены в себя, чтобы обращать на них внимание.

— Друзья, поприветствуйте наших гостей, — окликнула их Элисон.

Все как один явно отрепетированным образом, выдохнули:

— Приветствуем вас, гости.

Склонившийся над шахматной доской чернокожий мужчина, статью превосходящий большинство футболистов, проговорил из-за стола:

— Приветствую вас, гости. — Голос его пророкотал, как аккорд бас-гитары.

Кое-кто захихикал.

— Пора, Голиаф, — проговорил худощавый мужчина, стоящий у телевизора. — Пора. Гостей следует приветствовать через три с половиной секунды после того, как они захотят, чтобы их приветствовали.