— О, пожалуйста! — взмолилась она.

Федерико понимал, что еще одно движение — и он не сможет больше контролировать себя. И в этот момент услышал ее мольбу.

— Пожалуйста! — повторила Кэсси, еще крепче прижимаясь к нему, как будто они на самом деле могли стать единым целым.

Продолжая ласкать, Федерико вошел в нее, когда Кэсси приподняла свои бедра навстречу ему…

Сейчас Федерико был уже в состоянии мыслить здраво. И его немного смутил тот факт, что Кэсси обрела над ним власть, что не удавалось сделать никакой другой женщине. Она возрождала в нем инстинкты пещерного человека, при этом, однако, не пытаясь откровенно соблазнить его. Все вышло как бы само собой. Кэсси не провоцировала его, но и не пыталась остановить. С самого начала они потянулись друг к другу и получили наслаждение от этого безумия.

Воспоминание о пережитом небывалом наслаждении заставило Федерико напрячься. И все-таки этого не должно было случиться. Великолепный секс — это чудо, но все же он ждал от женщины не только секса. Прежде всего он должен доверять ей.

А с Кэсси как раз все обстояло наоборот. Когда Федерико смотрел ей в глаза, занимался с ней любовью, ему казалось, что все сказанное этой женщиной правда. Он измучился от постоянных сомнений, устал задавать себе вопросы, на которые не находил ответа. Но, вспоминая трагическую смерть Чарлза, слезы и горе его матери, Федерико резко менял точку зрения и виновность Кэсси становилась для него очевидной.

Этот мужчина — все, что ей нужно в жизни. И если ее любовь достаточна крепка, то она, несомненно, сможет пробудить в нем такое же сильное ответное чувство. Но Кэсси знала, как это будет непросто. Федерико оказался на редкость противоречивым человеком, полностью зависящим от собственных желаний и настроения. Он мог быть бесконечно нежным и ласковым, но в следующую минуту вдруг становился серьезным и властным. Он завораживал и подчинял одновременно.

День, который Кэсси ждала с таким нетерпением, оказался очень неудачным. Ночью она почти не спала, поэтому утром, разбитая и взволнованная, стремительно неслась по тротуару, не замечая ни прохожих, ни красочных витрин магазинов, ни призывно открытых дверей кафе.

Войдя в здание компании через двойные стеклянные двери и пройдя в конец широкого коридора, Кэсси поднялась на четвертый этаж.

— Доброе утро, мисс Ллойд, — приветствовала ее Донна Стоунер, менеджер компании и ее непосредственная начальница.

Это была статная блондинка с холодными голубыми глазами и с тонкими губами, которые придавали ее лицу злобное и одновременно насмешливое выражение.

— Вы сегодня опоздали на пять минут. Запомните, это недопустимо, и впредь будьте аккуратнее. Далее, вы приняты на работу в одну из самых влиятельных компаний, поэтому… — она окинула Кэсси презрительным взглядом, — извольте являться в соответствующей одежде. До сих пор я не делала вам замечаний, но, боюсь, вы злоупотребили моим доверием.

Кэсси невольно вспыхнула. Она никогда не носила строгой деловой одежды, и сейчас, в своей короткой красной юбке и золотистой блузке, чувствовала себя крайне неуютно под строгим и недовольным взглядом начальницы.

— Да, и вот что я хочу спросить у вас, мисс Ллойд. Вы хорошо стенографируете?

Вопрос застал Кэсси врасплох. О стенографии она имела весьма смутное представление, полученное на нескольких занятиях в школе, посещать которые можно было по желанию.

— Ну, неплохо, — неуверенно ответила Кэсси.

— Попробуйте сделать кое-какие заметки, пока я занимаюсь с документами. — И Донна Стоунер показала на стопку бумаг.

Кэсси молча уселась справа от нее, стараясь справиться с волнением. Наконец начальница начала диктовать быстро и небрежно так, что Кэсси едва поспевала за ней.