Даже сейчас ему приходилось ждать в коридоре, пока адмирал о чем-то совещался с менее компетентными офицерами. И так каждый день. Мало того, что ему не доверили вести разбирательство по поводу нападения на «Гаспи», так его еще и отстранили от расследования деятельности общества «Сынов свободы». Ему было приказано заниматься одним-единственным делом – выяснить, куда Порция могла увезти Елену. Подобная задача представлялась практически невыполнимой, поскольку нельзя было расспрашивать кого-либо в открытую.

Тем не менее за неделю он сумел собрать сведения, которые считал вполне достоверными, и теперь ему не терпелось доложить обо всем адмиралу. Пора было переключаться на более серьезные дела.

Дверь наконец открылась, и капитан Тернер выпрямился. Из кабинета вышли трое молодых офицеров. Вздернув подбородок, капитан устремил на них грозный взгляд: пусть эти мальчишки, возомнившие о себе невесть что, только попробуют глянуть в его сторону с усмешкой. Однако ни один из них не поднял на него глаз.

Миддлтон встретил его весьма прохладно.

– У вас есть что сообщить? – обратился к нему адмирал, не упомянув ни звания, ни имени, что было в высшей степени оскорбительно.

– Так точно, сэр, – ответил капитан. – Мне удалось собрать интересующую вас информацию.

– Докладывайте.

– Мисс Миддлтон и мисс Эдвардс направляются сейчас в Уэльс, к некоей леди Примроуз.

– Хотите сказать, в Рексам?

– Вы знаете эту женщину?

– Разумеется. Предательница и смутьянка!.. Якобитская шлюха!.. Но ее не зацепишь. Чертовски богата и имеет связи в верхах. К тому же хитра. – Адмирал с некоторым недоверием взглянул на Тернера. – С чего вы взяли, что они направляются именно туда?

– Мисс Эдвардс провела детство в пансионе, который содержит леди Примроуз.

– Все это ваши предположения. Может быть, эта чертовка прячет мою дочь где-нибудь на Род-Айленде? В одном из этих забытых Богом поселений, от которых нет никакого покоя. А может, вернулась в Бостон и прячет ее прямо у нас под носом.

– Мы неделю наблюдали за домом пастора Хиггинса – там их нет. Никто из членов семьи или из прислуги также не пытался каким-то образом связаться с мисс Эдвардс. А я знаю наверняка, – с уверенностью заявил капитан Тернер, – что такая попытка была бы предпринята, находись мисс Эдвардс где-то поблизости.

– Еще бы вам не знать, – с нескрываемым сарказмом произнес адмирал. – Вы ведь близкий друг этой семьи.

Капитан не нашелся что ответить и скрепя сердце продолжил:

– Кроме того, мое предположение подтвердила дочь моего кузена, которая живет в Бостоне. Так получилось, что они с мисс Эдвардс были близкими подругами и…

– Значит, у вас это семейное? Неспособность разбираться в людях. – Откинувшись в кресле, Миддлтон взглянул на капитана с нескрываемым презрением.

Едва сдерживая негодование, Тернер произнес:

– Если позволите, сэр, я продолжу…

– Ну и насколько ценные сведения предоставила вам ваша кузина?

– На днях к ней заходила миссис Хиггинс. Сообщила, что Порции пришлось срочно покинуть Бостон. Поличным причинам. Сказала также, что в ближайшее время мисс Эдвардс возвращаться не собирается. Кузина поинтересовалась новым адресом подруги, но миссис Хиггинс ответила, что он ей неизвестен. – Капитан Тернер говорил без умолку, чтобы у адмирала не было возможности вставить очередное язвительное замечание. – По словам кузины, мисс Эдвардс находится в стесненном финансовом положении. В Бостоне она пробыла менее года, и здесь у нее нет ни друзей, ни связей.