На самом же деле она как раз думала наоборот! Мэт откровенно хотел избавиться от нее. Зу надо было бы вздохнуть с облегчением, поскольку ей не придется ежедневно подвергать себя риску на каждом шагу сталкиваться с Мэтом. У нее же было такое чувство, будто она лишилась обеих ног и потеряла опору. Внезапно безумно захотелось наказать этого человека за вероломство, за то, что он столь жестоко обрушил на нее эту новость. И потому она упрямо вздернула подбородок и как можно милее спросила:

— Я только не пойму, что мешает нам устроить свадьбу до поездки во Францию?

Ей ответила Нерисса:

— Мне бы хотелось думать, что из сочувствия к моему сыну вы не будете на этом настаивать. Тони в таком состоянии — и ребра повреждены, и нога сломана! Для него свадьба сейчас была бы слишком большой нагрузкой, не только физической, но и психологической. Мне это доставило бы огромное огорчение. Я хочу, чтобы ваша свадьба была прекрасной во всех отношениях, а разве это возможно, пока Тони ходит на костылях?

Нерисса замолчала. Зу перевела взгляд с самодовольно улыбающегося Мэта на лицо женщины, выражавшее некое раздумье.

— Надеюсь, мой вопрос не покажется вам слишком бестактным. Но я обязана вас кое о чем спросить. Мне кажется, что вы несколько торопите события. Простите, но похоже, что вам крайне необходимо выйти замуж как можно быстрее?

Так! Кто же это не проявляет участия и сочувствия? Ведь свой вопрос эта благовоспитанная дама могла бы задать без свидетелей.

— Отнюдь! — отрезала Зу, и горячая краска обожгла ей щеки.

Приготовлениями к отъезду руководил Мэт, поэтому все, как и предполагалось, прошло без сучка, без задоринки. В аэропорту в их распоряжение предоставили кресло на колесах, чтобы Тони без труда преодолел все таможенные и другие формальности и проследовал прямо на борт самолета. Другое инвалидное кресло будет ждать их по прибытии во французский аэропорт, чтобы доставить Тони к машине, заказанной для них Мэтом.

— У тебя не очень-то счастливый вид, дорогая, — сказал Тони, сжимая руку невесты и с грустью глядя на одинокое кольцо у нее на пальце. — Тебе горько, что мы сейчас едем не в свадебное путешествие?

Но не это огорчило Зу. Улыбка сошла с ее лица от ярости, вызванной словами Мэта, которые он прошептал ей в момент прощания.

— Пожалуйста, не забывайте, в каком Тони сейчас состоянии, и не затевайте ничего такого, что усугубило бы его положение.

Зу не собиралась передавать эти слова жениху и в упор задала Мэту вопрос:

— А разве это делаете не вы?

Он еще крепче сжал ее руку.

— Вы прекрасно знаете, что именно это я и делаю. И чертовски расстроен. Какой идиотизм!

Мэт мрачно рассматривал неуклюжую гипсовую форму, торчащую перед ним. Служащие продемонстрировали заботу о пассажирах и предоставили Тони кресло со специальной подставкой для ноги.

— Не грусти, милый. Уверена, что ты выпил лишнее по неопытности.

— Я и не думал, что опьянею. Знаешь, как это бывает. Все хотели меня угостить по случаю женитьбы, отказываться было бы просто невежливо.

— И уж, конечно, ты не нарочно свалился с лестницы в клубе «Трефовый туз», — иронично заметила Зу.

От самоуверенности Тони не осталось и следа, когда он, почему-то заикаясь, произнес:

— Конечно, нет… Я… м-м… совсем не нарочно…

Жених вел себя, как уличенный в шалостях мальчишка. Зу решила, что на то есть веские основания. Без сомнения, он должен чувствовать себя полным идиотом. Ведь по его собственной глупости не состоялось бракосочетание. Зу еще крепче сжала руку Тони. Во взгляде его появилось странное выражение. Невеста уловила в нем благодарность и в то же время удивление.