— Кто ты? — спросил принц Халдун, цепко схватив Мэллори за руку. — А ну, говори, что тебе нужно в этой комнате?

— Ваше высочество, — немедленно вступился Фейсал, отвлекая внимание принца. — Я ее знаю. Она будет отличной сиделкой для господина.

— Я доверяю ей своего сына, — поддержал его Рейли, хотя и не понимал по-арабски. — Это она спасла ему жизнь.

Халдун пристально рассматривал женщину, фигура и лицо которой были скрыты черным одеянием.

— Но не нарушишь ли ты закон нашей веры, ухаживая за мужчиной, который не является членом твоей семьи?

— Ваше высочество, она не мусульманка, — ответил за нее Фейсал.

— Тогда разрешаю, — кивнул принц.

— Мы не можем ждать вашего врача, — мрачно произнес Рейли. — Нужна вода. Намочим рубашку, чтобы она не прилипала к ранам. Фейсал, попроси женщину принести все необходимое.

Мэллори тут же побежала на кухню.

— Почему бы вам не сказать, кто вы на самом деле? — принялся увещевать ее появившийся рядом Фейсал. — Находились бы тогда рядом с мужем по праву и ухаживали за ним.

Ничего не ответив, она сунула ему в руки пустой кувшин, а сама взяла еще один. Затем оба вышли из дома. Мэллори заговорила, когда они подошли к колодцу:

— Они не должны знать, кто я. Но боюсь, они вскоре начнут расспрашивать тебя о леди Мэллори, поскольку ты должен был сопровождать меня в Каир.

Наполнив кувшин, она передала его Фейсалу, затем налила воды в свой. Прежде чем вернуться в дом, Мэллори пошарила у себя в кармане и вытащила письмо.

— Отдай лорду Майклу. Там он найдет все объяснения.

— Госпожа! Вы хотите уехать, или я ошибаюсь? — спросил Фейсал, проницательно глядя на Мэллори.

— Да, я уеду, как только жизнь моего мужа будет вне опасности.

— Но, госпожа…

— Давай-ка поторопимся. Мне еще надо подогреть воду.

Подняв оба кувшина, Фейсал поплелся следом за ней.

— И куда же вы поедете?

— В Каир, потом в Англию. Ничего не говори обо мне лорду Майклу. Помни, ты обещал хранить мою тайну.

— Я не нарушу своего слова, — пообещал он, разглядывая всадника, который в это время спешивался перед домом. — Глядите-ка, шейх Хаким привез лекаря. Теперь дела господина пойдут на поправку.

Было раннее утро. В доме все еще спали, а Мэллори сидела возле Майкла, держа его за руку. Спина его была омыта, раны смазаны целебной мазью. Лекарь велел Майклу лежать на животе, чтобы рубцы на спине быстрее зажили.

Стояла удушливая жара, и, поскольку никто еще не проснулся, Мэллори откинула тяжелую сетку с лица.

Майкл стонал, забывшись в беспокойном сне. Заслышав стон, она вытирала его губы влажной тканью, гладила по руке и успокаивала тихим голосом.

Однажды он заговорил в бреду.

— Она предупредила меня… — слышала Мэллори обрывки фраз. — Цыганка. Предательство… дружба. Я… не женюсь… нет… Саманта.

Мэллори погладила его по щеке.

— Спи, — сказала она мягко, не желая слушать о какой-то женщине в Англии, которую он должен был взять в жены. — Я не покину тебя. Спи же.

— Должен найти отца… — Майкл попробовал подняться, но его сковала боль. — Ничего не скажу тебе, турецкая собака… Убей меня… Не скажу.

Рейли мучила бессонница.