– Я в этом абсолютно уверен.

– Но судя по записям Стэна, он хотел только рассказать вам о старшем механике Ньюгорде и о том, где его искать.

– И еще о "Х. и Торнтон". Не говоря уже обо всем прочем.

– Да-а. – Вилли задумчиво потер щеку. Дэвид поднял голову и спросил:

– А почему папа повез этот журнал в Аррас?

– По-видимому, его шантажировали.

– Шантажировали? Чем?

– Я точно не знаю, да это и не имеет значения. Важно то, что они попробовали тот же прием на мне, и все вышло точно так же – я согласился на их условия только для того, чтобы увидеть их в лицо, и при этом постарался обеспечить себе некоторое прикрытие. Моим прикрытием был Дрейпер, а твоего отца прикрывал я сам.

Дэвид, казалось, думал о чем-то своем.

– Чем же все-таки его могли шантажировать? Может быть, у него была какая-то любовная связь?

Вилли смущенно кашлянул, я попытался изобразить полное отсутствие интереса.

Дэвид продолжал, обращаясь не столько к нам, сколько к себе самому:

– Я думаю, это возможно... но с кем? С кем-то из знакомых. Это могла быть мисс Маквуд, верно? Может быть, именно потому она оказалась замешана в этом деле? – Он взглянул на Вилли, но тот умело сделал вид, словно впервые слышит о Фенвике, Мэгги или какой-то связи между ними.

– Теперь, по крайней мере, мы точно знаем одного из них, – я тоже продолжая свою мысль. – По словам Дрейпера, этот Кэвен – довольно крепкий орешек. В свое время Херб Харрис выгнал его из агентства за попытку подкупить присяжного заседателя, а еще раньше ему пришлось срочно уйти из полиции. Один из тех случаев, когда высокие чины полиции громко заявляют: "Этот великолепный работник – о не мог сделать ничего подобного", а сами потихоньку дают ему полгода, чтобы уволиться из полиции.

Глаза Дэвида еще шире раскрылись от удивления.

– Неужели в полиции так действительно бывает?

– Так бывает в любых фирмах, верно? – сказал Уиппли, обрадованный сменой темы. – Включая частные школы. Но что вы собираетесь предпринять по поводу Кэвена? Сообщить в полицию?

– В какую полицию? В Норвегии дело об убийстве Стэна закрыли. В нашу полицию после психотропных уколов я не обращался, а что касается полиции в Аррасе...

Я замолчал, увидев, что Дэвид внезапно побледнел, уперев стиснутые кулаки в край стола и глядя мне прямо в глаза.

– Вы считаете, – голос его срывался от волнения, – что именно этот человек убил моего отца?

Я пожалел о своих необдуманных словах и ответил ему как можно спокойнее и рассудительнее:

– Нам известно, что в Аррасе были двое. Судя по всему, Кэвен мог быть одним из них. Поэтому я собираюсь намекнуть французской полиции – разумеется, через кого-нибудь, – что нужно поискать его имя в списках постояльцев отелей или пересекавших пролив. Если, конечно, такие списки в наше время еще составляют.

Я видел краем глаза, что Дэвид постепенно успокаивается, и продолжал:

– Сейчас Дрейпер потихоньку пытается выяснить, чем в последнее время занимался Кэвен – учтите, наше преимущество в том, что тот не подозревает о нашей осведомленности. Кроме того, он ведь на кого-то работает, а на кого именно, пока неизвестно.

Дэвид смотрел на пустую тарелку, молча кивая. Вилли неторопливо закурил и задумчиво произнес:

– Тогда неизбежно возникает вопрос – кто же в этом деле наши противники?

– Прежде всего нужно подумать, насколько правдоподобна версия миссис Смит-Бэнг о неисправности двигателя "Скади" и о том, что это подтверждают записи в судовом журнале.