Глаза девушки расширились. Она была явно взволнована.

– Я не боюсь, – с трудом выговорила она. – Я… я ненавижу вас.

Напряженное молчание прервал голос Ирэн:

– Макс? С ней все в порядке?

Странное выражение лица Макса исчезло, и он выпрямился.

– Она чувствует себя достаточно хорошо, – отрывисто произнес он, подходя к двери. – Я буду в библиотеке.

Когда он вышел, Ирэн посмотрела ему вслед и покачала головой:

– Ничего не понимаю. Он ведет себя очень странно. Что он сказал тебе?

Лизетта поспешила опустить глаза.

– Ничего особенного. – Возможно, она и ошибается. Очевидно, Ирэн не позволила Максу посещать ее комнату во время болезни. Эта мысль была настолько нелепой, что не стоило даже предполагать подобное. Следует учесть также и то, что Максимилиан Волеран проявлял к ней незначительный интерес. Он презирал слабых, и его не терзали никакие угрызения совести оттого, что он манипулировал ею в своих личных целях.

Теряясь в догадках, Лизетта смотрела в окно, время от времени отвечая на болтовню Ирэн. За окном был чудесный вид. На противоположной стороне небольшой поляны простирался фруктовый сад с тенистыми дорожками среди кустов роз и камелий. Особняк Волерана, хорошо охраняемый и закрытый, был более изолированным по сравнению с другими домами, какие ей приходилось видеть. Он стал ее убежищем, но, очевидно, она недолго будет здесь в безопасности. Ее болезнь – лишь временная отсрочка исполнения планов Максимилиана.

– Мадам, – медленно произнесла Лизетта, – месье Волеран не отправил мое письмо к кузине Мари.

Ирэн нахмурилась.

– Лизетта, отложим этот разговор до того времени, когда ты достаточно окрепнешь…

– Он хочет держать меня здесь. Но зачем? Из-за Этьена Сажесса? Он и месье – враги, не так ли?

Ирэн нехотя кивнула:

– Да, они враги.

– Значит, он использует меня, чтобы спровоцировать Этьена Сажесса? – спросила Лизетта, хотя уже знала ответ.

– Мне хотелось бы сказать тебе – нет… но боюсь, что Максимилиан намерен сделать именно это.

Лизетта закрыла глаза, откинув голову на подушку.

– Он попытается обесчестить меня, – прошептала девушка, прижимая руки к животу. – Это, конечно, разозлит месье Сажесса, и тот вызовет его на дуэль.

Ирэн долго молчала.

– Лизетта, – наконец сказала она, – еще не поздно вернуться к Сажессу. Если ты хочешь этого, я постараюсь помочь.

Лизетта покачала головой:

– Не знаю. Не представляю, что делать. Я… я попала между двух мужчин, которые одинаково эгоистичны и опасны. Я не доверяю ни одному из них. Однако не могу вернуться домой из-за своего отчима. Да и тетушка Делфайн скажет, что на то воля Божья, если я оказалась в таком трудном положении. Но разве я заслужила подобную участь?

Ирэн уклонилась от ответа, так как в двери появилась Ноэлайн.

– Мадам, – сказала экономка, закатывая глаза, – прибыл месье Медар забрать с собой мадемуазель Лизетту.

Глава 4

– Она выглядит уже вполне здоровой, – сказал Гаспар, осматривая Лизетту своими черными глазами.

Макс пожал плечами, оставаясь в задней части комнаты, как будто происходящее мало интересовало его.

– Наш семейный врач придерживается другого мнения относительно нее.

– Но она вполне может передвигаться! – воскликнул Гаспар, и тетушка Делфайн поспешила успокоить его. Она встала рядом с Лизеттой и расправила шаль на ее коленях.